истории

西楚霸王项籍

西楚霸王项籍

籍字羽下相人少时学书不成去学剑又不成怒曰书足记姓名而已劍一人敵不足學學萬人敵以八千人渡江而西屠咸陽燒秦宮屋不用范增言許漢和以故漢王得會兵圍之垓下曰天亾我非戰之罪也我何面目見江東父老乃自剄而死

Сян Цзи, предводитель князей из Западной Чу

Цзи, по второму имени Юй, был родом из Сясяна. В молодости он учился книжным наукам, но не преуспел, и стал учиться владеть мечом, в чем тоже не преуспел. Тогда он в злости сказал: «Науки надобно, чтобы только уметь писать свое имя! Чтобы одолеть одного врага с мечом и учиться не надо. Надо учиться, что делать с десятью тысячами врагов!» С восемью тысячами людей переправился через Реку и [напав] с запада устроил резню в Сяньяне и пожег циньские дворцы. Он не воспользовался советом Фань Цзена, который призывал к миру с Хань. Впоследствии ханьский ван собрал большое войско и окружил [Цзи] в Гайся. [Цзи] сказал: Это Небо хочет моей погибели — нет моей вины в проигранной битве! Как же смотреть в глаза отцам [тех, кто пришел со мной] с восточного берега реки?” И после этого перерезал себе горло.

истории, поэзия

《御溝》王貞白

《郡閣雅言》云:
王貞白,唐末大播詩名,《御溝》為卷首,云:「一派御溝水,綠槐相蔭清。此波涵帝澤,無處濯塵纓。鳥道來雖險,龍池到自平。朝宗心本切,願向急流傾。」自為冠絕無瑕,呈僧貫休,休公曰:「此甚好,只是剩一字。」貞白揚袂而去。休公曰:「此公思敏。」取筆書中字掌中,逡巡貞白回,忻然曰:「已得一字,云此中涵帝澤。」休公將掌中字示之。

В “Изысканных речах из областного приказа” говорится:

Имя поэта Ван Чжэнь-бая было очень известно во время поздней династии Тан. Лучшим его проведением был “Императорский канал”, в котором говорилось:

Течение в императорском канале вод
   Акаций тень по обе стороны прозрачна
Волны несут нам от Владыки множество щедрот
   И незачем мочить служивым пыльные завязки*

Среди отвесных круч для той воды опасен путь
   Прудов Правительства достигнут - лишь тогда уймутся
И снова с чистым сердцем к сюзерену-морю убегут
   Стремясь потоком быстрым с ним скорее слиться**

Сам [Ван] считал эти строки безупречными и не имеющими себе равных, и потому принес их в дар монаху [по имени] Гуань Сюй. Господин Сюй сказал: “Это очень хорошо! Только осталось [подправить] один иероглиф”. Чжэнь-бай поднял рукава [чтобы закрыть лицо] и вышел, а господин Сюй сказал: “У этого господина быстрый ум”. Затем взял кисть и написал иероглиф “в себе” (中) у себя на ладони. Ходивший [неподалеку] взад и вперед Чжэнь-бай вернулся и радостно сказал: “Я нашел [нужный] иероглиф! Вместо слова “волны” должно быть слово “в себе” (中)”. Господин Сюй тогда показал ему иероглиф, который он написал у себя на ладони.

— конец истории —

* В первом четверостишии образно идет речь о том, что воды канала, который протекает через императорский дворец, оттуда выносят милости императора — новые назначения, повышения по службе, чины и титулы. Поэтому чиновникам не надо “мыть пыльные повязки служебного головного убора” — то есть, бросать службу из-за того, что их не ценят. Выражение “мыть повязки служебного головного убора” пришло из произведения древнего поэта Цюй Юаня (340-278 до н.э.).

** Во втором четверостишии воды сравниваются с чиновниками, которым приходится пройти через непростой путь, чтобы достигнуть положения в правительстве. Как водам сначала надо пробиться через узкие горные ручьи, чтобы влиться в канал и достигнуть Драконьих Прудов — место во дворце, где были расположены правительственные учреждения. В последней строке выражение 朝宗 имеет два смысла: 1) верноподданнически являться на аудиенции к сюзерену, 2) воды рек стремятся вернутся к своему прародителю — морю. В этом смысле выражение встречается в древнейшем сборнике стихов — Книге Песен (詩經).

Таким образом, в последней строке поэт проявляет верноподданнические чувства, сравнивая императора с морем, а чиновников с ручейками, которые с чистым сердцем хотят принести пользу в служении.

Популярность стихотворения вполне можно оценить по тому, как Ван Чжэнь-бай (875-958) мастерски использует аллегории и цитаты из древних в этих нескольких строках, создавая два плана — в одном он описывает пейзаж и воды, в другом говорит о милостях императора и о том, что чиновники ему верны.

Но для современных людей очень тяжело понять и оценить, почему монах Гуань Сюй (832-912), который сам был знаменитым поэтом, посчитал, что иероглиф 中 лучше иероглифа 波 в этом месте. Для справки — в китайском стихе очень важным было рисунок чередования иероглифов с первым тоном (平) и иероглифов со всеми остальными тонами (仄). Но в данном случае оба иероглифа читаются первым тоном — так что, было что-то другое в иероглифе 波, что цепляло взгляд обоих поэтов.

истории

Китайское имя Иисуса

Не так давно Даниил Пахомов меня спросил, есть ли что-либо особенное в том, как называется Иисус Христос в Китае? Задал он этот вопрос неспроста — а потому, что некто ему рассказал, что по-китайски это очень особенное имя, полное смысла.

Если смотреть непредвзято, то христианам в Китае очень повезло. Для имени Иисуса было выбрано фонетически очень похожее сочетание иероглифов, которое звучит как Е-су.

Пишется это имя как 耶穌. Теперь посмотрим, что эти иероглифы обозначают.

耶 — отец. Но, в этом значении в старом китайском языке использовался редко. Наиболее распространено было его использование в качестве конечной модальной частицы. В современном китайском, кроме как для обозначения Иисуса, практически не используется.

Тем, кто любит смотреть значения иероглифов в словаре и видеть только то, что удобно им, следует обратить внимание на следующее. В словаре Канси (康熙字典), кроме прочего, связанного с использованием в качестве частицы, указано следующее:

《增韻》俗謂父曰耶。
В “Добавлении к словарю рифм” (ок. 1151 г н.э.) указано: в просторечии отца называют 耶.

Но тут же:

《玉篇》俗邪字。

В словаре “Нефритовые главы” (ок 543 г. н.э.) указано: простолюдинами используется в значении иероглифа 邪 — дурной, коварный, неверный

穌 — разнопись от иероглифа 蘇, основное значение “воскрешаться”, “просыпаться”. Да, тут значение переводчиком подобрано очень хорошо и в тему!

Эта фраза выражает мою основную мысль: тем, кто принес христианство в Китай, просто повезло в том, что можно было выбрать подходящий иероглиф для перевода имени протагониста этой религии. Никакого другого сверхсмысла в имени Иисуса на китайском нет.

Замечу, что точно также повезло Кока-Коле. Это странное сочетание звуков в китайском нашло свой удачный перевод: кэ-коу кэ-лэ — “Вкусно и Радостно”.

Ну и напоследок еще несколько моментов, чтобы показать в нескольких направлениях, что картина сложнее, чем кажется на первых взгляд. Но сложнее именно в рациональном смысле, а не в плане мистических загадок.

Иероглиф 穌 — “воскреснуть”, состоит из частей 鱼 (рыба) и 禾 (злаки). Исконное его значение — “собирать в горсть колоски”. Подозреваю, что кому-то захочется привязать к этому иероглифу библейские рыбу и хлеб из историй про чудеса Иисуса, но при всем желании и фантазии, сделать это не удастся — иероглиф 穌 появился задолго до нашей эры, да и значение “воскресать” у него встречается еще в “Книге Документов” (尚書).

У иероглифа 穌 в значении “воскресать” есть очень красивый вариант (словарь его отмечает как простонародный/вульгарный), который почему-то практически нигде не используется: 甦 — он состоит из частей 更 (меняться, еще) и 生 (жизнь, рождаться).

Почему же Иисуса не стали записывать в Китае как 耶甦? Ведь так было бы еще нагляднее! Но, к счастью, логика развития китайского языка вовсе не такова, как ее себе представляют иностранные любители иероглифов. Не удивлюсь, что когда кто-то впервые записывал имя Иисус как 耶穌, он мог особо и не думать о том, что 穌 значит “воскресать”.

Кстати, вопрос о том, когда словосочетание 耶穌 было впервые использовано, требует своего исследования. Наверняка об этом есть информация, надо только ее поискать. Полагаю, что это дело рук католических миссионеров уже в 16 веке.

Но, другой момент заключается в том, что сочетание 耶穌 однозначно не появилось в Китае одновременно с христианством. Первыми христианство в Китай принесли несториане и в самых ранних христианских документах на китайском языке Иисус называется иначе.

В каноне “Сюйтин Мишисо” (序聽迷詩所經) от 641 года, для Иисуса используется сочетание 移鼠 — И-шу. Буквально это значит “Передвигающаяся Крыса”. Вот так. Без прикрас, без отцов и без воскрешений. Просто И-шу. Просто крыса.

Важно отметить, что находящиеся в названии иероглифы 序聽 — Сюй-тин — “по порядку» и «слушать” в интересной статье от 1978 года трактуются как транскрипция имени Иисус. Указывается также, что имя Иисус встречается в написании 序鼠 или 序數. То есть, иероглифы 移 и 序 взаимозаменяемы, как и иероглифы 鼠, 數, 聽. Поэтому название канона часто переводят как “Канон Иисуса-Мессии”.

В целом, канон для чтения сложен (даже не знаю, как через него продирались тогдашние китайцы), но дает много материала для того, чтобы увидеть, как не сразу и не просто в китайском языке формировались новые понятия. Так, Иисус как “передвигающаяся крыса” в нем упомянут всего дважды. А слово “мессия”, будучи фонетически транскрибированным, встречается в вариантах: 迷詩 (только в названии), 迷師訶 (один раз), 彌師訶 (23 раза).

На стеле “О распространении в Китае сияющей религии из Дацинь” 大秦景教流行中国碑 от 781 года, которая является важнейшим памятником христианства в Китае, Иисус вообще не назван по имени, а упоминается всего один раз как Мессия с использованием других иероглифов: 弥施訶.

Больше о ранних христианских книгах вы можете прочесть в Википедии, а также в статье “Раннехристианская проповедь в Китае”.

Главный посыл этой истории в том, что при переводе на китайский язык чудес и мистерий не случается, но бывают очень удачные находки!

истории

留侯張子房

留侯張子房

留侯張子房
子房名良其先人五世相韓秦滅韓良為韓報仇悉以家財求客狙擊秦於博浪沙中誤中副車良與客俱亾去大索不得後良佐漢定天下為三傑首

Чжан Цзыфан с титулом Лю-хоу

Цзыфан по имени Лян — его предки в пяти поколениях были министрами в Хань. Когда Цинь уничтожил Хань, Лян, чтобы отомстить за Хань, на все деньги, которые были в семье, нанял человека, чтобы в [местечке] Боланша ударить по [императору] Цинь из засады. Но по ошибке попал в сопровождающую повозку. Лян и его сообщник оба пропали — как их не искали, не могли найти. Потом Лян помогал Хань успокоить Поднебесную и [его называли] главным из трех героев.

Примечания:

Показательно, что под названием династий и царств в разных местах понимается, исключительно по контексту, либо государство (Хань), либо конкретный человек — Цинь Шихуан, ханьский Лю Бан.

Предполагается, что читатели истории и так знают, что для покушения использовалась странная, на наш современный взгляд, методика: нанятый человек был очень сильным и для него изготовили молот весом 72 кг. Это молот он и метнул в одну из повозок, убив находившегося в ней человека, но Цинь Шихуан, как оказалось, ехал в другой повозке.

Также автор полагает, что всем известны три героя — по контексту ясно, что речь идет о героях ханьской династии. Это описываемый тут Чжан Лян (張良), Хань Синь (韓信) и Сяо Хэ (蕭何).

истории

Два взгляда на одну странную историю

Цель этого небольшого упражнения – показать, как одна и та же история записывалась разными китайскими авторами. В данном случае показательно, что более поздний автор, базируясь на раннем тексте, внес в него свои добавления, которые сделали историю полнее и понятнее. Но не исключено, что оба автора цитировали или переписывали рассказ из третьего источника, каждый делая это в своей манере – один отредактировав его сильнее и оставив только то, что ему казалось более важным, а другой обойдясь с историей менее радикально.

В рассказах не выделены цветом те части, которые являются уникальными для каждого рассказа.

Серым цветом выделены части, которые полностью совпадают в обоих рассказах.

Синим цветом выделены иероглифы и слова, которые разнятся в обоих рассказах, но по сути являются синонимами.

Желтым цветом выделены иероглифы и слова, которые находятся среди совпадающих кусков текста, но сильно отличаются в обоих рассказах. Причем эти отличия являются ключевыми для понимания происходящего.

№1

Первый, в порядке хронологической очередности, автор — Цзу Тай-чжи (祖台之). Годы его жизни точно не известны, и располагались где-то между 317 и 419 н.э. Он жил во времена Восточной Цзинь (東晉), дослужился до должности шичжуна (侍中) — то есть советника императора, и был жаловал титулом «светлейших заслуг» (光禄), полагавшимся только высшим сановникам.

После себя оставил то ли пятнадцать, то ли шестнадцать цзюаней литературных записей, в том числе то ли две, то ли четыре цзюани записей о странном.

Рассказ, который разбирается ниже, опубликован в этих записях о странном. Хотя более ранние упоминания этого рассказа пока не были мной обнаружены, вполне возможно, что Цзу Тай-чжи не был его автором, а всего лишь записал услышанное или встреченное в другой книге, которая не сохранилась для потомков.

祖台之《誌奇怪》1 祖台之《誌奇怪》2

№2

Второй автор — Лю И-цин (劉義慶), был известен также под именем Цзи-бо (季伯) и жил с 403 по 444 год. Несмотря на то, что он был членом императорского дома первой из четырёх южных династий Лю Сун (劉宋) и имел титул Лин-чуаньского князя (臨川王), был он человеком скромным и с детства одарённым литературным талантом. После себя он оставил знаменитый сборник «Новые рассказы о событиях в мире» (世說新語) и сборник историй о странном, который назывался «Записи о темном и светлом» (幽明錄).

Вот оттуда мы и возьмём ту же историю, но посмотрим, как её записал Лю И-цин.

劉義慶《幽明錄》1 劉義慶《幽明錄》2 劉義慶《幽明錄》3

В варианте от Лю И-цина история цитируется в разных сборниках, в том числе и в знаменитом «Обширные Записи годов Тайпин» (太平廣記).

При этом в каждом из сборников встречаются небольшие отличия – а именно, в некоторых местах используются разные иероглифы, имеются лакуны или небольшие добавления. Это показывает, как при переписке рассказов для включения в сборники переписчики и редакторы проделывали работу по исправлению текста, сообразуясь с имеющимся материалом и своими критериями обработки.

В целом, как запись одного рассказа разными авторами, так и небольшая вариативность при цитировании рассказа от одного автора в разных сборниках показывают, что при анализе литературных произведений нет необходимости предполагать, что дошедший до нас текст был записан своим создателем в точности теми же иероглифами. Особенно это важно при работе с текстом, встречаемым в интернете. Как правило, там подобные материалы копируются из ресурса в ресурс в невычитанном текстовом формате (зачастую с неправильной конверсией из полных в упрощенные иероглифы и наоборот) и были взяты только из одного источника.

Так как разметка тегами подсветки заняла бы очень много времени, я решил опубликовать основные тексты в виде изображения.

Ссылка на pdf файл

истории

Карты Марко Поло

Читая недавний журнал “Наука и Жизнь” я наткнулся на такую заметку:

…В 1887 году в порту Нью-Йорка с итальянского парохода высадился молодой эмигрант, некий Марчиан Росси. Почти через полвека он подарил Библиотеке Конгресса США 14 привезённых с собой в сундуке старинных пергаментов, из них десять карт. По его словам, тексты и карты принадлежат перу Марко Поло….

Помимо самого факта существования таких карт, конечно же, я не смог пройти мимо фразы:

…На пергаментах имеются надписи на латинском, итальянском, китайском и арабском языках, но не все из них удалось разобрать……

В Библиотеке Конгресса я нашел эту карту.

Вот она, в довольно хорошем разрешении.

Карта с кораблем

А вот тот кусочек, на котором есть «китайский текст».

Карта с кораблем, китайский текст

Литературы по этим картам мало.

По сути, есть статья 1948 года от нашего бывшего соотечественника Лео Багрова (Leo Bagrow) и недавно вышедшая довольно взвешенная книга “Mysteries of the Marco Polo Maps, by Benjamin B. Olshin”, где рассматриваются и проводятся все документы коллекции, а не только карта из Библиотеки Конгресса.

Статью Багрова я не нашел, а вот в книге автор так и не пришел к выводу, что же это такое. Для подделки эта коллекция слишком странная, документы в ней часто не согласуются между собой и в целом не ясно, для чего такую подделку кто-то бы производил. Но и настоящими эти карты и документы Бенжамин Олшин назвать не решился. Кроме того, надо еще исследовать чернила и пергамент, чтобы выяснить к какому веку они принадлежат.

Кроме этого, еще до ознакомления с книгой Олшина, я нашел статью Гуннара Томпсона (Gunnar Thompson), в которой меня заинтересовал следующий пассаж:

W.J. Wilson, a map librarian with experience at the Library of Congress served as a consultant on the “Map with Ship.” This map is particularly intriguing because it refers to the “walled provinces” of Cathay—something Marco Polo failed to mention in his travelogue. It was Wilson’s opinion that the script on the parchment map was “hardly earlier than the 17th century.” Two words used in the accompanying text by Bellela Polo, esploratore and archibugi were identified as being of probable 17th century derivation. Chinese scholars in Washington DC suggested the opposite: the map was ancient—so ancient that they could decipher only a handful of the ideographs used on the map. K.B.J. Karlgren of Stockholm was succinct: ideographs used on the map came from “olden times.”

Конечно же, я не поверил, чтобы некие синологи в Вашингтоне и сам Карлгрен могли сказать такую чушь! Какие “древние иероглифы”? Всякому, кто учил китайский, сразу видно, что это иероглифы, очень неумело скопированные рукой человека, который никогда не учил китайский язык.

Начав читать книгу Олшина, я понял, откуда растут ноги у этого утверждения — похоже Томпсон элементарно не понял слова Карлгрена, которые привел в своей статье Багров. В книге про эту карту и про ответ Карлгрена говорится:

In terms of content, the “Map with Ship” is closely related to several other works in the collection. There is a string of crudely written Chinese characters, apparently copied from a Chinese source by someone not familiar with that writing system. In his 1948 study, Bagrow noted that the famed sinologist Bernhard Karlgren could only decipher a few of the Chinese characters, and those could be translated as “their names come from olden times.” The characters have been crudely copied, it seems, and indeed only a few can be read with any assurance.

Понятно, что Карлгрен увидел на карте 名出古 (имя + выходить + древность) — в принципе да, несколько похоже на нижние три иероглифа в левом столбце.

Дальше в этом пассаже у Олшина, которого конечно же консультировал другой синолог, мы читаем:

From the eleven characters in the inscription, one can make out the following characters with a measured degree of certainty: 丁, 的, 百, 出, 七, 四, 由, and 家. As a whole, however, there seems to be no way to translate these characters into a proper sentence or phrase.

То есть консультант Олшина (это был, судя по благодарности в конце книги, Nathan Sivin) вместо 名 (имя) видит тут 百 (сто), а вместо 古 (древность) видит 七 (семь) — тоже логично и имеет право на существование.

Что вижу я? Начну сверху вниз, сначала правый, а потом левый столбец. Жирным цветом выделю то, что в «расшифровку» текста привношу я.

Правый столбец

差 — Кажется, это он. Кроме него нет ничего похожего. Основное значение “отправлять, посылать”.
四 — “Четыре” — тут, вроде, сомнений нет.
部 — Самый не по-китайски выглядящий иероглиф. Основное значение “часть, отдел, ведомство”. Кроме него могут быть другие иероглифы с радикалом 阝справа — большинство из них имеет отношения к чему-то, обозначающему место.
由 — “исходить из, начало” — тут тоже, кажется, сомнений нет. Ну, разве что может это 田? Вряд ли — вроде бы таких ошибок этот писарь не допускал.
家 — “семья” — тут сомнений нет.

Левый столбец

哪 — Кажется, это он. Основное значение “вопросительная частица где, который”. Хотя могут быть другие варианты, но слева явно радикал 口.
丁 — Основное значение “мужчина, гвоздь, циклический знак дин”. Вроде, похож. Но иероглиф настолько простой, что и не ясно, что копировали. Может 下 “вниз”, но забыли откидной штрих вниз?
的 — “Притяжательная частица, его, ее”. Тоже очень похоже. И других вариантов, кажется, нет.
百/名/看 — Спорный иероглиф! Карлгрен видел в нем 名 “имя”, у Олшина это 百 “сто”. Я добавлю версию 看 “видеть”. В 名 внутри “квадратика” черты нет, которая есть на карте. А в 看 есть лишняя. А может это 春 “весна”?
出 — “выходить” — тут сомнений нет.
七/古 — Тоже спорный иероглиф! Карлгрен видел в нем 古 “древность”, у Олшина это 七 “семь”. Мне и добавить нечего — скорее склоняюсь к “древности”.

Смысла я тоже никак не сложу, как не переставляй слагаемые и не подбирай варианты.
Возможно, мы имеем дело с именами собственными. Возможно, с топонимами. Но об этом стоит думать, только если принимать предположение, что это скопировано из связного текста, а не взято по иероглифу из разных мест, по принципу “чтобы вместе красивее и экзотичнее смотрелось”.

Также есть вариант, что это было что-то на монгольском языке, но записанное иероглифами, которые потом еще кто-то неумело скопировал. Тогда надо привлекать специалистов, которые знают как читать такие документы, например «Сокровенное Сказание Монголов«.

Даже не знаю, надо ли вообще думать над этой загадкой?

истории

Небожитель на курице

В том же Этномузее, рассматривая коллекцию Ивана Скушека, я наконец-то смог посмотреть вблизи на того, кого я часто видел на недосягаемой высоте — мужичка на курице, который возглавляет процессию мифических животных на коньках крыш официальных зданий имперской эпохи Китая.

仙人騎雞

По-китайски эти фигурки называются по-разному. Весь класс таких украшений называют 檐兽 — буквально “карнизные звери”, хотя иероглиф 檐 в данном случае означает не столько карниз, сколько гребень или конек крыши.

А тот подкласс, в котором находится этот мужичок, чаще всего называется 仙人走兽 — “небожители и звери”.

Появились эти украшения на китайских крышах давно, и самое позднее к цинской династии количество зверей и порядок их следования были четко регламентированы, как звездочки на офицерских погонах. По ним можно было понять важность того заведения, чью крышу они украшали. Сейчас, однако, порядка в этом уже нет и каждый может их лепить куда и как захочет.

В любом случае, мне всегда был любопытен самый первый из этой процессии, который чаще всего называется 仙人騎雞 “небожитель, едущий на курице”. Есть еще варианты названия, в которых он едет на фениксе, но ведь фигурка явно изображает курицу. А может, это феникс похож на курицу?

Про этот персонаж я сначала услышал несколько объяснений: по одной, это олицетворение провинившегося и проворовавшегося чиновника, которого повесили под крышей. А потом стали изображать на коньке в назидание. По другой, это просто чиновник, еще ни в чем не провинившийся, но следующие за ним звери сожрут его в мгновение ока, стоит только ему сойти с пути праведного. Опять же, вся эта процессия ставилась в назидание.

Потом уже я узнал, что самая исторически подробная легенда гласит, что это Минь-ван из Царства Ци (齊湣王, 323–284 до н.э.) — один из самых одиозных правителей эпохи Сражающихся Царств. Он взошел на трон в одном из самых сильных на тот момент царств, но пытаясь завоевать весь Китай в результате неудачной стратегии, смешанной с мегаломанией и паранойей, смог все потерять — его царство было разбито коалицией других царств, а сам он был казнен своим бывшим министром.

Казалось бы, как это Минь-ван оказался на крыше? Вот тут получается действительно интересный кульбит. Несмотря на то, что китайская историография довольно четко описывает судьбу Минь-вана и дает ему однозначно отрицательную характеристику, как одному из самых неспособных и коррумпированных правителей, почему-то легенда гласит, что после поражения, когда Минь-ван был, как говорят китайцы “без дороги, куда бы податься” (走投無路), и вроде как даже залез на конек крыши, пытаясь укрыться от противника, с неба слетел феникс, на котором он смог спастись, превратившись затем в бессмертного небожителя. За какие такие заслуги? Почему? В чем логика легенды или ее мораль — мне не понятно.

Но уже в качестве объяснения связи легенды и расположения “мужичка на курицы” на самом краю конька, китайцы говорят, что Минь-ван, будучи на волосок от смерти, все же смог спастись и для него «опасность превратилась во благо» (逢凶化吉). И, следовательно, его фигурка олицетворяет пожелание того, чтобы для дома, который он украшает, все беды были отвращены, пусть и в самый последний момент.

С какого именно здания был мужичок в коллекции Скушека — узнать невозможно, как и невозможно узнать, как он достался тому, кто ему его продал. Кроме него там есть еще фигурки и, наверное, можно попытаться хотя бы вычислить ранг здания, на котором они находились — но и это только при условии, что они все с одного конька.

Вот еще одна фотография, но кто на ней изображен, я не знаю — тут надо спрашивать специалистов по старой китайской архитектуре или искусству. Наверняка за этим всадником тоже есть какая-то легенда…

Фигурка из Этномузея

истории, поэзия

Ё-бины Су Ши

Я сделал интересное наблюдение, когда искал информацию о лунных пряниках юэ-бин (月餅), которые по дурацкой привычке называю ё-бин. На большом количестве сайтов китайцы говорят, что самое раннее упоминание этого лакомства встречается у Су Ши (蘇軾 1037-1101) – одного из самых известных китайский поэтов, также знакомому многим по прозвищу Су Дун-по.

Якобы он написал стихотворение с названием «Лунный пряник» (月餅) и в нем были такие строки:

小饼如嚼月
中有酥和饴

Жуется пряник малый как луна
Внутри него есть сахар и слоёнка

Причем обычно приводятся еще и две другие строки, идущие за вышеуказанными:

默品其滋味
相思泪沾巾

Молча распробовав его прекрасный вкус
В думах о тебе от слез намок платок

На китайских сайтах, где приводятся эти строки, никто не указывает точно, откуда они взяты. Обычно просто пишут «как написал Су Дун-по….». Так написано, в том числе и в китайской вики в статье про 月餅. На китайских энциклопедических сайтах типа www.baike.com или zhidao.baidu.com, на вопрос чьи это строки, отвечают — Су Дун-по. А на вопроса откуда, отвечают – эти строки из стихотворения «Лунный пряник».

Примечательно то, что в сборнике произведений Су Ши и в антологиях сунской поэзии стихотворения с таким названием у Су Ши нет.

То есть, можно с уверенностью говорить, что стихотворения под названием «Лунный Пряник» Су Ши не писал, и китайские пользователи просто морочат друг другу голову информацией, которую могли бы легко проверить.

Поиск по базе данных произведений Су Ши показал, что первые две строки действительно принадлежат его кисти, но встречаются в другом стихотворении, которое я привожу ниже.

《留別廉守》蘇軾
編萑以苴豬
瑾塗以塗之
小餅如嚼月
中有酥與飴
懸知合浦人
長誦東坡詩
好在真一酒
為我醉宗資

Покидая, оставляю Начальнику [области] Лянь* (Су Ши)

В тростник плетённый завернули поросенка 
 Глазурью яркой раскрасили его
Жуется пряник малый как луна
 Внутри него есть сахар и слоёнка*

Откуда было знать, что люди из Хэ-пу*
 Подолгу будут петь Дун-по стихи
Хоть хорошо, с моим Единственным Вином*
 Я стал подвыпившим Цзун Цзы*

* В некоторых списках это стихотворение приводится под несколько иным названием 《别廉守张左藏》- «Покидая Чжан Цзо-цана, начальника [области] Лянь», в других под названием 《留别廉州张左藏》- «Покидая, оставляю Чжан Цзо-цану, начальнику области Лянь».
* Слоенка – иероглиф 酥 изначально обозначал молочные продукты, потому стал значить смесь муки и масла, из которого потом стали делать слоеное тесто.
* Хэ-пу – уезд в провинции Гуанси, на самом юге Китая, где Су Ши пробыл два месяца в 1100 году, будучи на недолгое время переведен туда из своей ссылки, которую он отбывал на очень негостеприимном тогда, полном опасностей и болезней, далеком острове Хайнань.
* Единственное Вино – вино, которое делал сам Су Ши находясь в ссылке на юге.
* Цзун Цзы – второе имя Шу Ду (叔都), правитель области Жу-нань во времена Поздней Хань. Он упоминается в выражении 嘯諾, буквально означающем «посвистывать и накладывать положительные резолюции», а подразумевающем чиновников, которым нечего делать, кроме как заниматься приятной и необременительной рутиной. Спасибо procurator0 за указание на это выражение.

Исследователи жизни Су Ши, основываясь на примерно известных датах говорят, что очень велика вероятность того, что он провел в Хэ-пу праздник Середины Осени.

Люди из Хэ-пу считают, что в этом стихотворении воспет пряник, который до сих пор готовят в этой области для осеннего праздника – и делается он в форме поросенка, покрытого глазурью, которого кладут в плетенку из бамбука или тростника. На фото ниже можно увидеть о чем идет речь.

豬崽月餅

Однако, вряд ли этот пряник тогда назывался лунным – об этом нет никаких упоминаний. Остается только гадать, почему Су Ши сравнил его с луной, ведь по своей форме пряник был в виде свиньи, а не луны? С другой стороны, праздник всегда был связан с полной луной – так что, возможно, воображение поэта и создало такое красивое сравнение.

В принципе, версия о том, что поэт описывает именно пряник в виде поросенка выглядит убедительной, потому что Су Ши оставил несколько стихотворений, воспевающих южные блюда и деликатесы. То, что в Хе-пу уже больше тысячи лет делают такие пряники, тоже вполне вписывается в реалии сохранности традиций на юге Китая.

В любом случае, откуда китайские пользователи взяли две другие строки (молча распробовав его прекрасный вкус, в думах о тебе от слез намок платок), мне установить не удалось. Я их не нашел ни в одной из баз данных китайской поэзии – ни у Су Ши, ни у других авторов.

Зачем китайцам понадобилось придумывать эти дополнительные строки – для меня также осталось загадкой. Наверное, так ревнивым радетелям чистоты и древности происхождений ё-бинов, простите, юэ-бинов, показалось романтичнее и изящнее.

Буду рад, если кто-либо найдет информацию по этим добавленным строкам.

истории

Панда и пи-сю

Все, кто что-то слышал о Китае, знают, что там есть панды. Сами китайцы тему панды всячески раскручивают и уже смогли создать огромный рынок как сувенирной продукции, так и всякого ми-ми-ми на всех уровнях, начиная от межгосударственных отношений.

Многие слышали про дипломатию панд, а те кто живет или бывает в Китае от панды убежать не могут никак – она догоняет в везде, на плакатах, в кино и мультфильмах. Сами китайцы ее называют Национальным Сокровищем (国宝 – го бао), только надо помнить, что таких национальных сокровищ в Китае в каждой категории есть по кучке. Но среди зверей, панда и тигр однозначно рулят и получают господдержку по полной программе.

Ну а для тех, кто интересуется не столько зоологическим или няшным аспектом этого животного, сколько вопросами языка, давайте сделаем небольшой экскурс в эту степь.

Для начала замечу, что сейчас по-китайски панда это 熊猫 (сюн мао), что буквально значит «медведь + кот». Что любопытно, на Тайване это животное называют 猫熊 (мао сюн), то есть ровно наоборот – «кот + медведь».

Откуда же пошло это название и почему на разных сторонах пролива получилось такое «что в лоб, что по лбу»? Дело в том, что там, где панда обитает, ее называют 花熊 (хуа сюн) – полосатый медведь. Но когда в Чунцине в 1944 году открылся первый музей науки, на вывеске с пандой висело её название по латыни и горизонтальная надпись по-китайски, которая должна была читаться справа налево так, чтобы получалось 猫熊, но так как надпись по латыни шла слева направо, то многие журналисты так и прочли китайский текст и получилось 熊猫. И в одних текстах пошло гулять одно название, а в других другое. Постепенно на разных сторонах пролива сформировалась своя привычка. А иероглиф обозначающий кота появился в названии животного потому, что панду относили на тот момент к семейству кошачьих.

Так что, как мы видим, панду по-китайски «крестили» относительно недавно и до 1944 она была в целом не очень известна китайской публике.

Если мы начнем смотреть в глубь веков, чтобы понять, не продукт ли это только 20 века, то вот что выяснится. Сейчас стандартным патриотичным ответом для китайцев является нечто в духе «панда всегда была горячо любима китайским народом и даже в «Исторических Записках» у Сыма Цяна есть упоминание о ней, относящееся еще к периоду царствования Пяти Императоров». А это, знаете ли, чуть ли не 20 век до нашей эры.  На самом деле, у Сыма Цяня упоминается животное 貔貅 (пи-сю – да, да, не смейтесь), которое является либо барсом, либо чем-то полумифическим, но приносящим удачу. На основании чего патриотизм китайцев делает из панды пи-сю, я не знаю. Но наверное хочется, чтобы даже панда была древним талисманом, как будто она не может быть просто никому в древности не нужным животным.

С другой стороны, в книгах «Книга Документов» (尚书) и «Книга Песен» (诗经) в качестве подношений императору упоминается шкура пи-сю, но про черно-белые её полоски не говорится ничего, так что это скорее шкура кого-то другого, чем бедной панды. Потом еще во многих старых документах упоминается пи-сю, но ничто не дает основание считать этого зверя пандой.

Кстати, самка этого пи-сю, это сю, а самец это пи. Полная аналогия с фениксом фэн-хуан.

Так что, панды в древности китайцы не наблюдали? Надо отдать должное этому зверю – у него есть шанс на древность в китайских книгах. «Книга гор и морей» (山海经) говорит о некоем животном, которое жило там, где сейчас находится провинция Сычуань, было черно-белым и ело железо – за это его местные жители и звали 食铁兽 (ши-те-шоу) – «животное, поедающее железо». Была ли это панда, не знаю — все-таки железо она не ест. Но и других черно-белых зверей в Китае вроде как нет. Но, эта книга очень известна своими дикими фантазиями, так что может быть это животное выдумано и все совпадения с пандой случайны.

Потом, уже начиная с 1 века, в разных книгах и записях, которым можно верить больше, панду называли 貘 (мо) — «животное, пожирающее металл», 义兽 (и-шоу) – «справедливое животное», 驺虞 (цзоу-юй) – «животное, не питающееся ничем животным», 白熊 (бай сюн) — «белый медведь», пока она не стала нам известным «котомедведем» в 1944 году.

иероглифы, истории

Про хуй на китайском языке

Всякий начавший изучать китайский язык очень скоро узнает, что хуй на китайском языке произносится цзи-ба. Чуть позже он узнает, что хуй по-китайски, тот самый цзи-ба, пишется 鸡巴. Затем китаист лезет в словарь и видит, что 鸡 значит «петух», а 巴 «удав». Обычно на этом знание про хуй заканчивается на пару лет.

В голове проскальзывает мысль: Почему хуй это петух, еще ясно, но почему удав?

Через пару лет, когда начавший изучать китайский язык становится полу-китаистом, он узнает, что есть иероглиф 屌, который читается дяо, но значит все тот же хуй. Тогда полу-китаист начинает разбирать иероглиф на составные части (ведь он к тому времени уже любит иероглифы) и к радости своей узнает, что 尸 значит «труп», используется в иероглифах для обозначения постыдных частей тела и его испражения (задница, кал, моча и прочее), а 吊 значит «висеть».

Затем, когда полу-китаист расширяет свой лексический запас, начинает читать газеты и, что впрочем бывает не часто, книги, он узнает, что формальное название хуя, это 阴茎 – буквально «иньский стебель» (инь цзин).

Попутно он узнает, что слово 阳具 – «янский инструмент» (ян цзюй), тоже значит хуй.

В голове проскальзывает мысль: Почему хуй бывает янским ясно, но почему иньским?

Где-то в процессе постижения разных аспектов китайского языка, оказывается, что 小弟弟 (сяо ди-ди), который буквально значит «младший брат», это тоже хуй. И 老二 (лао-эр), который «второй по старшинству брат», это тоже хуй. Ну, то что 鸡鸡 (цзи-цзи), то «петух, петух» это обозначение хуя для маленьких детей, уже удивления не вызывает.

А еще через пару лет, когда ставший к тому времени китаистом человек начинает интересоваться происхождением иероглифов и древним китайским языком, он узнает, что иероглиф 且 , который всегда воспринимался просто как один из повседневных союзов и наречий китайского языка в значении«или, даже, если, к тому же» – оказывается в древнейшее время, на гадательных костях черепах, тоже значил хуй. А ведь ни в каком словаре об этом не говорилось!

В голове проскальзывает мысль: А, ясно теперь, что 具, который в 阳具 там неспроста.

Но к этому времени тема хуев в китайском языке становится как-то по хуй.