проза

《新中國》 陸士諤 “Новый Китай”, Лу Ши-э, глава 3


Вступление и первая глава: https://www.papahuhu.com/archive/202004135576/
Книга написана в 1910 году. Автор засыпает, просыпается в Шанхае в 1951 году и идет гулять со своей подругой Ли Ю-цинь.


Начинается представление, в котором делегаты готовятся ехать в Пекин на созыв парламента. Лу удивляется устройству сцены и тому, как персонажи заходят на корабль, который кажется полностью настоящим. Ли объясняет, что это смесь театра и кино.

Они выходят на улицу, начинается дождь и Ли объясняет, что сейчас есть улицы, крытые сверху стеклом, которое в ясную погоду убирается, а во время дождя закрывает прохожих от непогоды. Они выходят на Нанкинскую улицу, которая стала гораздо шире. Лу спрашивается, куда делиcь трамваи. Ли объясняет, что они теперь ходят в туннелях под землей и это было сделано уже 20-30 лет назад, после национализации трамвайной компании. Да, говорит Ли, все коммуникационные и транспортные компании теперь принадлежат только государству. Иностранцам запрещено ими владеть. А решение пустить метро было принято после всеобщего обсуждения, альтернативой было делать эстакады, но от этого отказались из-за шума и некрасивого вида.

Они спускаются в станцию метро на Шаньси наньлу/Цзюцзян лу (современные адреса — прим.), которая широкая, хорошо освещенная и сделана из бетона. Садятся в вагон, полный людей. Ли, как женщине, сразу уступают место. Что наводит Лу на мысли о том, как цивилизованны стали китайцы — неудивительно, что они теперь лучшие в мире!

Они доезжают на метро до Бунда. Выходят и Лу остолбевает: через Хуанпу с Пуси до Пудуна протянут железный мост! Ли говорит, что его построили к 1928 году, к Выставке которую проводили в Пудуне. С тех пор Пудун развился не хуже старой части Шанхая и туда даже переехал Национальный Банк Китая и туда ходит метро. Лу удивляется, что метро не видно на мосту. Конечно, отвечает Ли, его пустили по туннелю под рекой!

Здания на Бунде стали выше, а на здании таможни вывеска “Суд”. Ли объясняет, что сейчас нет таможенного сбора на экспорт и продажу товаров между провинциями Китая, кроме сигарет и алкоголя. Таможенными сборами облагаются только иностранные товары. Таможню перенесли в Усункоу, иностранным боевым судам запретили заходить в Хуанпу. А здание таможни отдали для проведения там судебных заседаний. Ли также говорит, что все другие порты и прибрежные форты, включая Порт Артур, уже давно возвращены Китаю и там построены мощные укрепления и базы флота.

Ну, с флотом понятно, что он очень мощный. А что с армией? — спрашивает Лу. В армии 6 миллионов служащих, а с резервистами будет больше 20 миллионов. Все школьники умеют плавать и обучаются боевым искусствам. Лу напоминает про боксерское восстание 1900 года, но Ли говорит, что в ближнем бою рукопашное умение очень важно. Они решают поехать на Сюцзяхуэй, чтобы посмотреть, как проходит обучение в школе.

В это время они видят, как в суд полицейские заводят преступников, среди них китайцы и иностранцы. Лу просит сначала зайти посмотреть, как будет проходить суд.

-продолжение следует-

проза

《新中國》 陸士諤 “Новый Китай”, Лу Ши-э, глава 2

Вступление и первая глава: https://www.papahuhu.com/archive/202004135576/
Книга написана в 1910 году. Автор засыпает, просыпается в Шанхае в 1951 году и идет гулять со своей подругой Ли Ю-цинь.

Ли говорит про МИД: когда созвали парламент, приняли конституцию, и все — начиная от императора и заканчивая низами, стали равны перед законом. И чиновники МИДа тоже не могли ослушаться конституции.

Дальше Ли объясняет, что иностранные державы согласились отказаться от концессий по двум причинам: 1) это было честно и разумно; 2) за эти годы Китай построил мощный флот, которого стали опасаться. Она говорит, что были достигнуты договора о торговле, иностранцам позволялось жить и работать в Китае при соблюдении китайских законов. А китайцам разрешили торговать в других странах и стали относится к ним наравне с другими иностранцами.

Затем Ли рассказывает, как был создан флот. Главное, это то, что были созданы верфи в самом Китае. Научились плавить сталь. А главным отличием от кораблей иностранцев стало то, что китайские корабли приводились в движение электродвигателями. Да, электричество производили сжигая уголь, но его в таком случае требовалось меньше, чем при использовании паровых котлов, поэтому корабли могли нести больше вооружения и брони. К 1951 году у Китая был самый мощный в мире флот: 58 крейсеров первого класса, плюс много разных кораблей, 700 торпедоносцев — в общей сумме 1000 военных кораблей, с общим тоннажем больше 3.2 миллиардов тонн.

Лу спрашивает, почему нет лавок, на которых написано “Сразу честная цена” или “Тут не торгуемся”?

Ли объясняет, что общество изменилось, все ценят время и торговцы продают товары по настоящим ценам.

Между тем, они подходят к центру Шанхая, где раньше был ипподром. Куда, как вспоминает Лу, китайцев не пускали. На его месте построен театр под названием “Новый Шанхай” на 120 тысяч мест. Лу ей говорит: “А помнишь, я еще написал книгу под названием “Новый Шанхай”, а ты мне к ней написала предисловие?”

Цена за билет составляет 0.2 юаня. А раньше театр стоит больше юаня, опять же вспоминает Лу. Нет разделения на на классы. Внутри театр круглый, окружает закрытую кулисами сцену со всех сторон. Горит вывеска, что дают представление под названием “Созыв парламента”. Это, как поясняет Ли, 5-я серия из 10-ти серий в этой исторической драме. Первые четыре описывают как раз события с китайско-японской войны 1894 года и до 1910 года.

-продолжение следует-

проза

新中國 Новый Китай

Всякий любитель фантастики и китайской литературы рано или поздно задает себе вопрос: а когда и кем было написано первое фантастическое произведение на китайском языке?

Хотя можно спорить о том, что такое фантастика и не был ли Чжуан-цзы первым фантастом, считать ли “Судьбу цветов в зеркале” (鏡花緣, автор Ли Жу-чжэнь 李汝珍, 1763-1830) фантастикой или фэнтези, общий консенсус состоит в том, что первое научно-фантастическое произведение на китайском языке было написано Лу Ши-э (陸士諤, 1878-1944) в 1910 году — то есть, еще при цинской династии. Сам Лу жил в то время в Шанхае, раньше работал доктором, а затем стал заниматься продажей книг, постепенно втянувшись в писательское ремесло. Из под его пера вышло более 100 книг, но ни одна из них его особенно не прославила. Однако, исследователи литературы того времени пришли к выводу, что именно его опус под названием “Новый Китай” (新中國) стал первым в своем роде. Любопытно, что подзаголовком книги было “Китай через сорок лет после принятия конституции” (立憲四十年後之中國).

К 100-летию первого издания книгу в Шанхае переиздали, но, к сожалению, набрав упрощенными иероглифами, с современной пунктуацией, горизонтальным письмом слева направо. Честно говоря, чтение это довольно простое, язык представляет из себя практически 100% байхуа, с вкраплениями вэньянизмов — так что, можно смело ее рекомендовать тем, кто учит китайский язык. В сети я не смог найти сканы оригинального издания, а в переиздании не написано, откуда взяты иллюстрации. Любопытные картинки, которые приводятся в переиздании, возможно всего лишь современная стилизация.

Я не могу сказать, что слог книги меня впечатлил, а технические идеи, которые автор там “предвидит”, в своей основе явно прописаны отталкиваясь от ходившей в то время западной фантастики. К тому же, описаны все они там довольно схематично, без подробностей, а сам сюжет тоже иногда удивляет своей наивностью и непроработанностью.

Но, тем не менее, практически в каждой главе есть что-то, что заставляет воскликнуть любого, кто знаком с Китаем, что-то вроде: “Ого, вот же как угадал-то!” Но касается это больше социально-политических моментов, чем собственно техники. Что, впрочем, делает книгу только интереснее — любопытно же, как подданый цинской империи представлял себе развитие Китая в следующие 40 лет и где были пределы его мечтаний.

Для тех, кто по разным причинам книгу читать не будет, а также для тех, кто по-китайски читать не умеет, но интересуется, что же там такого угадал старина Лу, привожу краткое описание всех глав этой книжки.

新中國 Новый Китай, глава 1

Герой просыпается в первый день нового, 1910, года. Он живет на съемной квартире. С ним фальшиво вежливо здоровается хозяин, затем он видит как другие гости азартно играют в мацзян. Выходит на улицу, видит богатых бизнесменов на рикшах, шикарно одетых проституток. Думает о том, что его друзья либо в мацзян, либо в кости играют и не хочет учавствовать в подобном времяпрепровождении. Возвращается домой и вспоминает, что у него осталось вино, подаренное его хорошей подругой Ли Ю-цинь (李友琴). Пьет его, читая “Историю” Сыма Цяня и засыпает.

Тут же его будит пришедшая Ли Ю-цинь, с которой они выходят на улицу, а там — другой мир. Широкие улицы, на которых нет британских и индусских постовых (это сразу показывает читателю, что действие происходит в Шанхае), а стоят одетые в униформу китайские полицейские. Навстречу главному герою (по книге это сам Лу, только используется его второе имя — Юнь Сян 云翔) идут иностранцы — он по-привычке уступает им дорогу, а они очень вежливо уступают дорогу ему. Не в пример как раньше, когда иностранцы, не глядя по сторонам, шли прямо. Лу спрашивает Ли, почему иностранцы такие вежливые. Она отвечает: “Что-то ты странный после сна. Концессии уже 30 лет как отозвали. Иностранцы тут живут по китайским законам. Судят их китайские судьи, консульства и пикнуть не смеют”. С помощью газеты Ли убеждает Лу, что сейчас на дворе 43-й год правления под девизом Сюаньтун (宣統四十三年), то есть 1951-й, а именно 27-е февраля, воскресенье.

Лу спрашивает, каким образом Китай вернул себе концессии?

Ли отвечает, что горячие патриоты собрали деньги по всему Китаю, выпустив облигации, и выплатили все долги страны. Серебра в стране не стало, иностранные компании не принимали гособлигации и бумажные деньги к оплате и в стране не стало самых важных товаров — от иголок до станков. Тогда китайские торговцы иностранным скарбом собрали еще раз деньги и стали открывать фабрики, которые производили основные товары. Как раз подоспели выучившиеся зарубежом китайские студенты, которые на волне патриотизма вернулись обратно и стали во главе инженерно-промышленной революции. И за первый год китайцы стали делать тканей, иголок, мыла и прочего качеством не хуже, а количеством больше, чем иностранные производители.

Тут Лу как раз и говорит: “Теперь понятно, почему по улицам нет лавок с иностранным товаром! Теперь мы сами все делаем!”

Ли продолжила в том плане, что все равно серебра у нас не было и иностранцы на нас смотрели свысока, называя “бумажным миром”. А тут как раз в Китай вернулся из США геолог Цзинь Гуань-оу (金冠歐), за год открыл много золотых, серебряных, медных и железных рудников, и ко второму году у нас было все. Учредили государственный банк, выкупили у народа бумажные облигации, император снизил внутренние таможенные сборы, а в 1916 году созвал парламент.

Ли описывает огромное празднество, которое устроили в Шанхае по поводу созыва парламента и упоминает, что “несколько друзей поехали на поезде из Шанхая в Пекин смотреть на открытие парламента”. Чем вызывает удивление Лу: “Как, из Шанхая пустили поезд в Пекин?”

Да, пустили. Сначала национализировали те дороги, что были, а потом быстро достроили железную дорогу до Пекина. В общем, первым решением парламента было вернуть концессии и отменить экстерриториальность. Ведь если нет полного контроля над страной, то как же можно в ней установить конституцию.

Парламент подал императору прошение об отмене концессий, император его утвердил и приказал МИДу обсудить это с послами держав, имеющих отношение к этому вопросу.

В конце главы Лу удивляется: “Да ведь наш МИД только и может, что слушать иностранцев!” На что Ли не отвечает, просто улыбнувшись.

-продолжение следует-

проза

Твит от Пу Сун-лина: 役鬼

役鬼

山西楊醫,善針灸之術,又能役鬼。一出門,則捉騾操鞭者,皆鬼物也。嘗夜自他歸,與友人同行。途中見二人來,修偉異常。友人大駭。楊便問:「何人?」答云:「長腳王、大頭李,敬迓主人」楊曰:「為我前驅。」二人旋踵而行,蹇緩則立候之,若奴隸然。

Повелитель бесов

Врачеватель Ян из Шаньси был искусен в иглоукалывании и прижиганиях, а также мог повелевать бесами. Когда он выезжал за ворота, запрягали и правили ослами для него одни лишь бесы. Однажды ночью он возвращался домой из другой стороны, идя вместе с друзьями. По дороге они увидели двух людей, необычайно высоких. Друзья сильно испугались, а Ян спросил:

— Кто такие?

— Длинноногий Ван и Большеголовый Ли! Пришли, чтобы встретить хозяина! — прозвучало в ответ.

— Ну-ка, идите впереди меня! — сказал Ян.

Те двое сразу же развернулись на пятках и пошли. Когда [Ян с друзьями] замедляли шаг, они останавливались и ждали, словно прислуживающие рабы.

проза

Твит от Пу Сун-лина: Управляющий уездом Цзытун

Управляющий уездом Цзытун

[Получивший на экзаменах высшую степень] цзиньши Чан Да-чжун из Тайюаня ожидал в столице назначения на должность. В предыдущую ночь ему приснилось, что [Бог Просвещения] Вэньчан послал ему визитную карточку. Когда Чан тянул бирку с местом назначения, он вытянул должность управляющего уездом Цзытун, чему удивился. Позднее, когда [Чан] вернулся после окончания траура по утрате родителя и ожидал новое назначение, он увидел такой же сон. [Чан] подумал про себя: “Неужели опять назначат в Цзытун?” Так в конце концов и вышло.

梓潼令
常進士大忠,太原人。候選在都。前一夜,夢文昌投刺。拔籤,得梓潼令,奇之。後丁艱歸,服闋候補,又夢如前。默思豈復任梓潼乎?已而果然。

проза

гуёвые истории: дыня

後魏宋瓊母病,冬月思瓜。瓊夢見人與瓜,覺。得之手中。時稱孝感。

Матушка Сун Цюна, жившего при Северной Вэй, заболела. Шли зимние месяцы, а она хотела дыню. Цюн во сне увидел человека, который ему дал дыню. Проснулся, а она в руке. В то время говорили, что его сыновьи заботы получили отклик [свыше].

проза

Твит от Пу Сун-лина: Алые знаки

Алые знаки

В двенадцатый год царствования под девизом «Благоприятное Правление” (1655) на небе появились алые, как огонь, знаки. Они гласили: «Представляющие белый ямс умиротворят ли,  заново задумывается Двор и мчится”. 

Пояснение: Дело в том, что никто в современном Китае не знает, что значит эта фраза Пу Сун-лина. Этот рассказ — самый короткий во всей его книге и самый загадочный. Считается, что заключительная фраза — это некое нелестное предсказание, либо иносказание с критикой правящей династии. Предположительно, комментаторы цинской эпохи понимали, о чем идет речь. Но, расшифровка этой фразы в виде комментария могла повлечь за собой преследование комментатора. После падения цинской династии не осталось тех, кто мог бы понять и разъяснить эту фразу для читателей новой эпохи. Получается, что самый короткий рассказ от классика китайской литературы является и самым неразгаданным. В 1655 году Пу Сун-лину было 15 лет. Это был год большого наводнения и появления большого количества разбойничьих банд. 

赤字

順治乙未冬夜,天上赤字如火。其文云:「白苕代靖否復議朝冶馳。」

проза

Твит от Пу Сун-лина: Яньло

Яньло

Сюй Гун-син из Ичжоу говорил о себе, что ночью он становится Яньло-ваном — Владыкой Преисподней. В том же округе жил студент Ма, который говорил тоже самое. Сюй про это узнал и нанес ему визит, спрашивая о том, какими делами Ма занимался в Потустороннем мире вчера ночью. Ма ответил: “Других дел не было, только проводил Цзо Ло-ши на Небо. А с Неба стали падать цветы лотоса, каждый размером с комнату”.

Цзо Ло-ши (Цзо Мао-ди 左懋第, 1601-1645) — выступал послом в мирных переговорах с Цин со стороны павшей династии Мин, но был казнен за неуступчивость. Здесь упоминается как святой, удостоенный почести быть взятым на Небо.

閻羅

沂州徐公星,自言夜作閻羅王。州有馬生亦然。徐公聞之,訪諸其家,問馬昨夕冥中處分何事。馬言:「無他事,但送左蘿石升天。天上墮蓮花,朵大如屋」云。

проза

Твит от Пу Сун-лина: Превращение в мужчину

Превращение в мужчину

В уезде Муду, возле Сучжоу, дочь одного из местных людей сидела ночью во дворе, как вдруг ей в голову попала упавшая звезда, и она свалилась замертво на землю. Её отец с матерью, которые были уже стары и не имели других детей, кроме этой девицы, стали причитать и в спешке пытаться её спасти. Через некоторое время она очнулась и с улыбкой сказала: “Теперь я мужчина!” Проверили — так и было. Ее семья не считала это за бесовщину, а наоборот, втайне они радовались, что так внезапно у них появился достойный муж. Это все странно! И тоже произошло в год дин-хай.   

化男

蘇州木瀆鎮有民女夜坐庭中,忽星隕中顱,仆地而死。其父母老而無子,止此女,哀呼急救。移時始蘇,笑曰:「我今為男子矣!」驗之,果然。其家不以為妖,而竊喜其暴得丈夫也。奇已。亦丁亥間事。

проза

Твит от Пу Сун-лина: Бог грома

Бог грома

Матушка Ван Цун-цзяня из Бочжоу сидела в комнате, когда потемнело и начался мелкий дождь. Она увидела Бога Грома с молотом, который влетел, трепеща крыльями. В большом испуге она выплеснула на него нечистоты, которые были у нее в горшке. Для Бога Грома обливание грязью оказалось равносильно удару топором — он развернулся и в спешке стал убегать, изо всех сил пытаясь улететь, но свалился на окраине двора, воя, как бык. Тучи, бывшие на небе, постепенно спустились ниже, достигнув кровли. Отвечая Богу Грома, из туч донеслось ржание, подобное лошадиному. Через некоторое время дождь пошел сильнее и смыл всю грязь и нечистоты с его тела. После этого Бог Грома исчез среди раскатов грома.

雷公

亳州民王從簡,其母坐室中,值小雨冥晦,見雷公持鎚,振翼而入。大駭,急以器中便溺傾注之。雷公沾穢,若中刀斧,反身疾逃;極力展騰,不得去。顛倒庭際,嗥聲如牛。天上雲漸低,漸與簷齊。雲中蕭蕭如馬鳴,與雷公相應。少時,雨暴澍,身上惡濁盡洗,乃作霹靂而去。