поэзия

《永貞行》韓愈

君不見太皇諒陰未出令
小人乘時偷國柄
北軍百萬虎與貔
天子自將非他師
一朝奪印付私黨
懍懍朝士何能為
狐鳴梟噪爭署置
睗睒跳踉相嫵媚
夜作詔書朝拜官
超資越序曾無難
公然白日受賄賂
火齊磊落堆金盤
元臣故老不敢語
晝臥涕泣何汍瀾
董賢三公誰複惜
侯景九錫行可歎
國家功高德且厚
天位未許庸夫幹
嗣皇卓犖信英主
文如太宗武高祖
膺圖受禪登明堂
共流幽州鯀死羽
四門肅穆賢俊登
數君匪親豈其朋
郎官清要為世稱
荒郡迫野嗟可矜
湖波連天日相騰
蠻俗生梗瘴癘烝
江氛嶺祲昏若凝
一蛇兩頭見未曾
怪鳥鳴喚令人憎
蠱蟲群飛夜撲燈
雄虺毒螫墮股肱
食中置藥肝心崩
左右使令詐難憑
慎勿浪信常兢兢
吾嘗同僚情可勝
具書目見非妄征
嗟爾既往宜為懲

Песнь о [событиях, произошедших во время правления под девизом] Юнчжэнь (Хань Юй)

Не видел разве ты, наш Император*, в скорби пребывая, еще указы издавать не мог, как тут людишки мелкие*, момент учуяв, грабастали уж власти рычаги?! [Хоть] миллионы тигров в войске северном и барсов мощных, и Неба Сын начальствует в ней сам, другой охраны не желая. Но утром мелкие людишки, украдя печать, уж штамповали частных клик указы. Дрожа-трясясь от страха при дворе чиновники поделать что могли?

Визжали как лисицы, филин словно верещали, за назначения свои торгуясь. Стреляли глазками, ногами шаркая, друг другу льстя и потакая. Ночами составляли указания, на утро в канцелярию неся. А там, без трудностей уж обходили очередность и порядок рангов. Открыто, среди бела дня, стяжали они мзду. Нагромождая горы самоцветов и холмы из чаш златых.

Чиновники же верные*, годами мудрые, и слово молвить не решались. Весь день лежали плача, слезы как сдержать? О Дун Сяне*, что титул получил Трех Гунов, сожалеет кто? А о поступках Хоу Цзина*, Девять Жалований что присвоил, можно лишь вздыхать.

В стране у нас высоки достижения и добродетель есть в обилии. С Небесного Престола никогда посредственный муж не правил. Владыка, что наследовал престол*, всех превосходит — воистину властитель просвещенный. В делах культуры словно предок он Тайцзун, а в ратном деле основателю династии подобен.

С благими знаменьями престол получив, вступил он наконец в Светлейший Зал.[Злой дух] Гунгун* в Ючжоу изгнан, а Гунь* уже убит в Юйшань. Торжественно и чинно через Четверо Ворот, Достойные Мужи* взошли. А несколько мужей*, что были ни родня и не друзья [людишек мелких тех]. Служили в ранге лан — сей важен чин — и мир весь их хвалил.

[Сейчас] изгнали в глухомань, да в дикий край их — вот об этом воздыхаю с сожалением. А там, в изгнании, ходят волны в озере все дни подряд, несутся друг за другом. Дикарские обычаи своевольны и жестоки, тлетворный пар клубится. Речные испарения, горный дым при сумерках застыли словно. И двухголовых змей не увидать. Там птицы жуткие зовут и кличут, ненависть людей взывая. А паразиты-насекомые летают стаей, об светильник ночью колотясь. От ядовитого укуса гадюк мелких руки-ноги сохнут. Снадобья, в пищу что кладут, печенку с сердцем рушат. Помощники с прислугой вороваты, на них не положиться. Остерегаться надо, а не легковерным быть. А лучше, чаще быть настороже.

Однажды с ними вместе я служил, как же сдержать тут сострадание? Поэтому пишу о том, что видел, а вовсе уж не ложные нападки. По прошлому вздыхаю. Предостережением это будет пусть!
……..

В первый месяц 21-го года правления под девизом Чистая Эра (貞元, 805 г.), преставился Дэ-цзун (德宗) и ему наследовал Шунь-цзун (順宗), который по состоянию здоровья не мог сам управлять двором. Воспользовавшись его немощью, Ван Шувэнь (王叔文) и Ван Пи (王伾) занимались управлением страной от имени императора. В четвертый месяц этого года Ли Чунь (李純), с помощью другой группы сановников и евнухов, был возведен в ранг наследника, а в восьмой месяц он стал императором под именем Сянь-цзун (憲宗). Шунь-цзун, отрекшись от престола, стал именоваться Отцом Императора, а правление сменило девиз на Вечная Чистота (永貞). Ван Пи и Ван Шувэнь были сосланы, а вмести с ними были сосланы и другие чиновники, среди которых были те, кого Хань Юй считал своими товарищами. В этом стихотворении он выражает с достаточной степенью смелости свое сожаление о судьбах этих людей.

Пояснения к местам, помеченным в тексте *:

Император — Шунь-цзун (順宗)

Людишки мелкие — Ван Пи (王伾) и Ван Шувэнь (王叔文)

Чиновники верные, годами мудрые — Ду Ю (杜佑), Гао Ин (高郢), Чжэн Юй (鄭瑜)

Дун Сянь — фаворит и любовник императора Сяоай-ди (孝哀帝) династии Хань, совершивший стремительный взлет карьеры и получивший высшие титулы.

Хоу Цзин — генерал Восточной Вэй, поднявший восстание и часто менявший союзников. В конце концов объявил себя императором, но долго на троне не продержался.

Владыка, что наследует престол — Сянь-цзун (憲宗)

Гунгун — в мифологии злой дух, наводящий порчу и катастрофы, который проиграл борьбу с другими духами и был сослан. Тут выступает в качестве намека на Ван Пи.

Гунь — в мифологии отец императора Юй, который не справился с задачей усмирения потопов, в результате чего погибло много людей. Был казнен императором Шунем на горе Юйшань. Здесь выступает в качестве намека на Ван Шувэня, иносказательно говоря, что новый император покончил с узурпаторами власти.

Достойные Мужи — Ду Хуаншан (杜黃裳) и Чжэн Юйцин (鄭余慶), которые получили титул премьер-министров.

Несколько мужей — Лю Цзунюань (柳宗元) и Лю Юйси (劉禹錫), которые исправно служили при Ван Пи и Ван Шувэне, были при новом императоре сосланы на службу в далекие области — Лю Цзунюаня в Шаочжоу (邵州), а Лю Юйси в Ляньчжоу (連州).

поэзия

отрывок

甘閑在雞口
不貴封龍額
即此自怡神
何勞謝公屐

….

бездельничать мне в радость клювом птахи малой
 не дорожа быть у дракона на челе
коль есть настрой быть в радость самому себе
 к чему же утруждаться обувью от господина Се*?

* обувь господина Се — деревянная обувь со съемными шипами для восхождения на горы, которую носил поэт Се Лин-юнь (謝靈運)

поэзия

《鹊桥仙》李仲光

焚香清坐
呼童瀹茗
聊當一杯春酒
不須歌舞倩紅裙
為祝百千長壽
詩書萬卷
綺琴三弄
更有新詞千首
從今日日與遨遊
便是天長地久

Небожитель с Сорочьего Моста (Ли Чжун-гуан)

Жечь благовония, в спокойствии сидеть
 Окликнуть служку, чтобы чаю заварил
И кружка чая станет как вино весной 
 Не надо песен, танцев, на девицах юбок красных 
Чтобы поздравить, долгой жизни пожелать
 Стихи пусть будут, десять тысяч свитков
Да лютня-цинь, чтобы играть мелодию «Саньнун»
 И, главное, пусть тысячи стихов родятся новых
И каждый день, сегодня начиная, чтобы дорога в удовольствие была
 Всегда так будет пусть, покуда вечны небо и земля
поэзия

《十五夜望月寄杜郎中》王建

中庭地白樹栖鴉
冷露無聲濕桂花
今夜月明人盡望
不知秋思落誰家

В пятнадцатую ночь смотрю на луну и отправляю ланчжуну Ду (Ван Цзянь)

земля на дворе бела,
   вороны на дереве спят
безропотно под росой
   кассии мокнут цветы
всю ночь сияет луна,
   не наглядеться никак
осенняя грусть, не знаю,
   в чьи заходит дворы

P.S. Редакция октября 2020 года. Ниже изначальный вариант.

На среднем дворе белеет земля,
 вороны на дереве спят
А под холодной беззвучной росой,
 у кассии мокнут цветы
Сегодня всю ночь сияет луна,
 не наглядеться никак
Печали осенние, вот бы узнать
 в чьи же придут дворы?
поэзия

《謠俗詞》曹操

瓮中無斗儲
發篋無尺繒
友來從我貸
不知所以應

Народная песенка (Цао Цао)

Едва ль зерна в кувшине наберется,
 а сундуке сукна ни сантиметра нет
Друзья пришли, в долг попросить желая,
 а что ответить им, не знаю я
поэзия

《寒食夜》白居易

無月無燈寒食夜
夜深獨立暗花前
忽因時節驚年幾
四十如今欠一年

Ночь на праздник Ханьши (Бо Цзюй-и)

Без луны и без свечи
 - ночь в праздник Ханьши
Ночью глубокой стою один
 - у цветов в темноте
В этот момент встрепенулся вдруг
 - сколько же мне лет?
До четырех десятков сейчас
 - должен пройти год
поэзия

《過蘇州》蘇舜欽

東出盤門刮眼明
蕭蕭疏雨更陰睛
綠楊白鷺俱自得
近水遙山皆有情
萬物盛衰天意在
一身羈苦俗人輕
無窮好景無緣住
旅棹區區暮亦行

Проезжая Сучжоу (Су Шунь-цинь)

К востоку выйдя через старые врата
 протер глаза
Свистит и шепчет редкий дождь
 взор застилает ночь
Зелен тополь и цапля бела
 собою довольны весьма
Близкие воды и горы вдали
 чувствами полны
Всех существ подъем и падение
 на то неба провидение
На чужбине скитаться судьба
 миряне смотрят свысока
Видов красивых не истощить
 не довелось тут пожить
Веслом буду устало грести
 вечером тоже в пути
поэзия

《戲題贈二小男》劉長卿

異鄉流落頻生子
幾許悲歡並在身
欲並老容羞白髮
每看兒戲憶青春
未知門戶誰堪主
且免琴書別與人
何幸暮年方有後
舉家相對卻沾巾

В шутку дарю двум мальчуганам (Лю Чан-цин)

В чужом краю в скитанье долгом,
 рождаться стали сыновья
И радость с грустью смешались,
 сплетаясь около меня
Лицом уж скоро старый стану,
 волос стесняясь седины
И глядя дети как играют,
 я вспомню дни моей весны
Хотя не знаю кто, когда-то,
 возглавит дом наш и врата
Старайтесь с книгою и лютней
 не расставаться никогда
К закату лет какое счастье
 потомство вдруг приобрести
И всей семьей друг перед другом
 сжимаем мокрые платки
поэзия

《旅舍除夜》皮日休

永夜誰能守
羈心不放眠
挑燈猶故歲
聽角已新年
出谷空嗟晚
銜杯尚愧先
晚來辭逆旅
雪涕野槐天

Под новогоднюю ночь на постоялом дворе (Пи Жи-сю)

Длинная ночь, кто выдержать ее возьмется?
 Дорога на сердце, никак тут не уснуть
Светильник подкручу, все как в году ушедшем
 Но слышу по рожкам, что новый уже год
Зачем вздыхать, что поздно вышел я из чащи
 Мне стыдно, что первее всех за чаркою тянусь
Под вечер с постоялого двора уеду
 Слезы утирать, где степь, деревья, небо
поэзия

《同友人尋澗花》白居易

聞有澗底花
貰得村中酒
與君來校遲
已逢搖落後
臨觴有遺恨
悵望空溪口
記取花發時
期君重攜手
我生日日老
春色年年有
且作來歲期
不知身健否

С другом ищем цветы в ущелье (Бо Цзюй-и)

Услышав, что на дне ущелья есть цветы
 Пока смогли вином в деревне закупиться
С тобой пришли мы слишком поздно
 Найдя потрепанными их, опавшими уже
И вот, в тоске, мы с чарками
 Печально смотрим на пустой ручей
Когда пора цветения настанет
 С тобой надеюсь вновь за руки взяться
А я ведь с каждым днем старею
 Хоть каждый год весна бывает
Год будущий когда настанет
 Не знаю, буду в здравии иль нет