美玉有藏沽
於玉何成虧
天道本惡盈
炫能禍乃隨
謙謙古君子
自牧惟自卑
求知乃深恥
此意毋相違
Лучшая яшма (Чжоу Синь-гуй)
Хранят ли яшму лучшую иль продают Для яшмы разве есть какой урон? Законы Неба изначально полны злом Блеснешь умением, беды явятся потом Скромны все были в древности мужи В узде держались, низко ставили себя Искали понимания, при том полны стыда С тобою, яшма, в этом не разнились никогда
Этот перевод сделан с наилучшими пожеланиями для Георгия Дунаева.
(фотография любезно предоставлена И. Мозиасом)
Это очень интересная надпись, которая целиком состоит из необычных иероглифов.
То, что похоже на пять странных рисунков, это так называемые «Подлинные Формы Пяти Священных Гор» (五嶽真形圖) — даосские символы для гор Тайшань 泰山, Хуашань 華山, Хэншань 恆山, Хэншань 衡山, Суншань 嵩山. Эти символы — весьма любопытная тема для отдельного изучения и единого мнения по поводу того, что они собой представляют, нет. В числе самых ранних упоминаний они встречаются у Гэ Хуна (葛洪, 283-343) — он говорил о том, что даосы брали амулеты с этими символами с собой в горы, чтобы отпугивать нечисть. В XX веке была выдвинута гипотеза о том, что это упрощенные изогипсы для каждой из гор. В любом случае, это очень интересные и красивые символы, которые иногда встречаются в Китае и ради обогащения эрудиции стоит их запомнить. Жаль, что их нет в уникоде.
Иероглифы, каждый из которых имеет сверху радикал «дождь» (雨) — это другая очень глубокая тема, а именно магические иероглифы (符箓), которые создавали даосы для написания разных амулетов, талисманов и прочих артефактов для помощи людям в охране от злых духов. В данном случае, каждый из этих иероглифов является тайным символом (秘諱) обозначающим одно из небесных светил, точнее его духа.
Те линии, которые мы видим посередине, это магический символ 36 Небесных Духов-Воителей (三十六天將), каждый из которых обозначает и одну звезду и исторического персонажа, который стал выполнять функции хранителя Небесного Дворца. Даоские верования, их отражение в языке и письменности, это другая широкая тема, про которую я знаю крайне мало и которая, на самом деле, весьма интересная для изучения.
В целом, эта композиция была создана для охраны дома от вредных и злых духов.
(фотография любезно предоставлена И. Мозиасом)
По легенде, таким иероглиф 壽 — «долголетие» написал сам даосский бессмертный Люй Дун-бинь (呂洞賓). Интересно то, что в одном иероглифе 壽, который в таком написании записывался без отрыва кисти от бумаги, видно четыре других иероглифа, которые и составляют секрет его необычности: 九轉丹成 — «после девяти циклов получается киноварная пилюля [бессмертия]». Эта фраза стала пословицей, обозначающей, что хороший результат можно получить только после значительных усилий, без боязни терпеливого повторения процесса снова и снова.
(фотография любезно предоставлена И. Мозиасом)
Этот иероглиф был написан на Пике Бирюзового Лотоса (碧蓮峰) в Яншо (陽朔) между 1834 и 1836 годами тогдашним правителем уезда по имени Ван Юань-жень (王元仁). Формально, это скоропись иероглифа 帶 — «пояс, носить». Сам Ван не оставил записей о том, что он хотел сказать этим иероглифом, но потомки не могли поверить, что кто-то стал бы просто так выдалбливать 5-тиметрый иероглиф в отвесной скале, если бы не хотел этим оставить некое наставление потомкам. И вот, особо пытливые, увидели в нем целый стих из 16 иероглифов, написанных скорописью (поэтому иероглифы и похожи на упрощенные):
(фотография любезно предоставлена И. Мозиасом)
一帶山河
舉世無雙
少年努力
萬古流芳Этот пояс из гор и рек
Во всем мире не имеет равных
В молодости будь усердным
Добрая слава останется на века
Любопытно, что при таком прочтении первая и вторая части этого “зашифрованного стихотворения” связанны также, как две части известного чэнъюя про бузину и дядюшку. А еще любопытнее был бы графический эксперимент с целью выяснения того, можно ли таким же образом найти в этом иероглифе с десяток (а то и больше) других иероглифов.
(фотография любезно предоставлена И. Мозиасом)
龜蛇 — черепаха и змея
Эта каллиграфия написана даосом по имени Тань Чжэнь-цзюнь (譚真君) во время юаньской династии и предназначалась в качестве талисмана для охраны жилища от всякой нечисти.
В городе Castelfranco Veneto, в проходе под башней городской стены, на потолке есть такое изображение. Оно повторяется два раза и кроме него там больше ничего нет.
Не знаю, символом чего является это изображение, но оно очень похоже на то, как на гадальных костях в древнем Китае записывался иероглиф «телега» — 車.
P.S. Внимательный читатель procurator0 сделал простой поиск по этому изображению и нашел, что это часть герба рода Каррарези, которая изображает именно телегу.
新浴振輕衣
滿堂寒月色
主人有美酒
況是曾相識
После омовения у Яо, к югу от Хэчжунчэна, посвящаю хозяину (Люй Вэнь)
Омывшись начисто, надел легкий халат холодным лунным светом полон двор Есть у хозяина прекрасное вино и оказалось, мы знакомы с ним уже
沅溪夏晚足涼風
春酒相攜就竹叢
莫道絃歌愁遠謫
青山明月不曾空
Трапеза на природе в Лунбяо (Ван Чан-лин)
У ручья Юань летним вечером довольно прохладен ветер Мы вместе принесли весеннее вино и сели в бамбуковой роще Не говори, что струны и песни навевают грусть в далекой ссылке Зеленые горы и ясная луна ведь никуда не исчезают
醉眼朦朧上酒樓
彷徨呐喊兩悠悠
群氓竭盡蚍蜉力
不廢江河萬古流
В подарок Лу Синю (Юй Да-фу)
С мутным пьяным взглядом, поднявшийсь в ресторан Блуждания и крики отходят в далекий туман Пусть толпе термитов сил истощить не жаль Им не засыпать реки, веками текущие вдаль
Это стихотворение было написано 19 января 1933 года в Шанхае, о чем есть запись в дневнике автора. Каждая фраза в нем имеет свой подтекст.
Мутность в “пьяном взгляде” (「醉眼」中的朦朧) — название эссе Лу Синя от 1928 года, которое он написал в ответ на статью Фэн Най-чао (馮乃超) под названием “Искусство и общественная жизнь” (藝術與社會生活), где Фэн сравнивал Лу с человеком, который сидит в ресторане и смотрит на мир пьяным взглядом.
Блуждания — название сборника рассказов Лу Синя.
Крик — название другого сборника рассказов Лу Синя.
Термиты — это сравнение встречается у Хань Юя в стихотворении “Подшучивая на Чжан Цзи” (調張籍), где Хань восхваляет Ли Бо и Ду Фу, а их критиков сравнивает с муравьями, которые пытаются раскачать дерево.
Не засыпать реки — эта фраза встречается в стихотворении Ду Фу “Играя сложил шесть четверостиший” (戲為六絕句), где он говорит, что нападки на поэтов начала танской династии, которые создали новый стиль, не смогли умалить заслуги их поэзии, которые вошли в историю и канон китайской литературы.
簳蠟爲紅燭
情知不自由
細絲斜結網
爭奈眼相鉤
Третье из трех стихотворений на мотив Наньгэцзы (Пэй Сянь)
Из воска палочка становится свечой Известно, что помимо своего желания Из нитей тонких сеть когда плетут Увы, им на крючок насаживать друг друга
В третьем стихотворении цикла видно продолжение мыслей из первого стиха. А именно, что кто-то что-то делает помимо своей воли — как из воска делают свечу, которой суждено сгореть. В данном случае «красная свеча», о которой идет речь, это часто встречающийся эвфемизм для певичек или проституток. Что касается образа «тонких нитей», то не ясно, что именно имел в виду автор. Однако, вполне понятна описываемая ситуация — когда кто-то вынужден, помимо своей воли, причинять вред себе подобным. На ум приходит известнейшее стихотворение Цао Чжи «Стихи за семь шагов», где через образы бобов в горшке и стеблей, на огне которых варят эти бобы, осуждается вражда между братьями. Но тут вовсе не обязательно речь идет о братьях — это может быть отсылка на какой-то другой травматический процесс.