白叟黄童喜色開
誕辰喜遇福星來
滿城牽挽問衙探
祝壽明晨薦幾杯

За здравие Управляющего Перевозками, стих четвертый (Цинь Ань)

И старики, убеленные сединами и младые дети — все расплываются в счастливой улыбке, радуясь приходу Вашего дня рождения, словно появлению Звездного Старца, несущего счастье! Весь город стекается к управе, чтобы проведать Вас.
С пожеланием долголетия в это утро, поднимаем за Вас бокалы!

Этот перевод сделан в подарок на день рождения моему хорошему другу Олегу Грицанову.

美玉有藏沽
於玉何成虧
天道本惡盈
炫能禍乃隨
謙謙古君子
自牧惟自卑
求知乃深恥
此意毋相違

Лучшая яшма (Чжоу Синь-гуй)

Хранят ли яшму лучшую иль продают 
 Для яшмы разве есть какой урон?
Законы Неба изначально полны злом 
 Блеснешь умением, беды явятся потом

Скромны все были в древности мужи
 В узде держались, низко ставили себя
Искали понимания, при том полны стыда
 С тобою, яшма, в этом не разнились никогда

Этот перевод сделан с наилучшими пожеланиями для Георгия Дунаева.

新浴振輕衣
滿堂寒月色
主人有美酒
況是曾相識

После омовения у Яо, к югу от Хэчжунчэна, посвящаю хозяину (Люй Вэнь)

Омывшись начисто, надел легкий халат
   холодным лунным светом полон двор
Есть у хозяина прекрасное вино
  и оказалось, мы знакомы с ним уже

沅溪夏晚足涼風
春酒相攜就竹叢
莫道絃歌愁遠謫
青山明月不曾空

Трапеза на природе в Лунбяо (Ван Чан-лин)

У ручья Юань летним вечером довольно прохладен ветер
   Мы вместе принесли весеннее вино и сели в бамбуковой роще
Не говори, что струны и песни навевают грусть в далекой ссылке
   Зеленые горы и ясная луна ведь никуда не исчезают

醉眼朦朧上酒樓
彷徨呐喊兩悠悠
群氓竭盡蚍蜉力
不廢江河萬古流

В подарок Лу Синю (Юй Да-фу)

С мутным пьяным взглядом, 
   поднявшийсь в ресторан
Блуждания и крики 
   отходят в далекий туман
Пусть толпе термитов
   сил истощить не жаль
Им не засыпать реки,
   веками текущие вдаль

Это стихотворение было написано 19 января 1933 года в Шанхае, о чем есть запись в дневнике автора. Каждая фраза в нем имеет свой подтекст.

Мутность в “пьяном взгляде” (「醉眼」中的朦朧) — название эссе Лу Синя от 1928 года, которое он написал в ответ на статью Фэн Най-чао (馮乃超) под названием “Искусство и общественная жизнь” (藝術與社會生活), где Фэн сравнивал Лу с человеком, который сидит в ресторане и смотрит на мир пьяным взглядом.

Блуждания — название сборника рассказов Лу Синя.

Крик — название другого сборника рассказов Лу Синя.

Термиты — это сравнение встречается у Хань Юя в стихотворении “Подшучивая на Чжан Цзи” (調張籍), где Хань восхваляет Ли Бо и Ду Фу, а их критиков сравнивает с муравьями, которые пытаются раскачать дерево.

Не засыпать реки — эта фраза встречается в стихотворении Ду Фу “Играя сложил шесть четверостиший” (戲為六絕句), где он говорит, что нападки на поэтов начала танской династии, которые создали новый стиль, не смогли умалить заслуги их поэзии, которые вошли в историю и канон китайской литературы.

簳蠟爲紅燭
情知不自由
細絲斜結網
爭奈眼相鉤

Третье из трех стихотворений на мотив Наньгэцзы (Пэй Сянь)

Из воска палочка становится свечой
   Известно, что помимо своего желания
Из нитей тонких сеть когда плетут
   Увы, им на крючок насаживать друг друга

В третьем стихотворении цикла видно продолжение мыслей из первого стиха. А именно, что кто-то что-то делает помимо своей воли — как из воска делают свечу, которой суждено сгореть. В данном случае «красная свеча», о которой идет речь, это часто встречающийся эвфемизм для певичек или проституток. Что касается образа «тонких нитей», то не ясно, что именно имел в виду автор. Однако, вполне понятна описываемая ситуация — когда кто-то вынужден, помимо своей воли, причинять вред себе подобным. На ум приходит известнейшее стихотворение Цао Чжи «Стихи за семь шагов», где через образы бобов в горшке и стеблей, на огне которых варят эти бобы, осуждается вражда между братьями. Но тут вовсе не обязательно речь идет о братьях — это может быть отсылка на какой-то другой травматический процесс.

不信長相憶
擡頭問取天
風吹荷葉動
無夜不搖蓮

Второе из трех стихотворений на мотив Наньгэцзы (Пэй Сянь)

Поверить ли в привязанность надолго?
   Подняв лицо у Неба я спросил
Когда у лотоса колышет ветер листья
   Всю ночь качаются его цветы

В данном случае, не ясно, идет ли речь о любовной привязанности или же об отношениях друзей в разлуке — оба варианта интерпретации имеют право на жизнь. Можно гадать, почему автор привел в качестве примера именно лотос — он имеет много коннотаций, самая важная из которых, это чистота и красота.

不是廚中丳
爭知䏑裏心
井邊銀釧落
展轉恨還深

Первое из трех стихотворений на мотив Наньгэцзы (Пэй Сянь)

На кухне вертел ведь не хочет
  познать у жаренного мяса суть
Браслет из серебра упал в колодец
  он ропщет - далеко катиться вглубь

В этой серии стихотворений используется классический для китайской поэзии прием под названием «с помощью вещей говорить о стремлениях» (托物言志), а сами стихотворения относятся к классу «стихотворений, воспевающих вещи» (詠物詩). На самом деле, использование слова «вещи» в данном случае скорее сужает весь огромный спектр явлений, которые входили в этот класс. Это могли быть предметы, элементы ландшафта, животные, растения, насекомые, небесные светила и прочее.

Я могу практически однозначно интерпретировать образ браслета — это стандартное описание молодой женщины, обычно не первой жены, а наложницы. Тут скорее всего речь идет о том, что она брошена и жалуется на это.

Что касается вертела, то это нечастый образ в китайской поэзии и не ясно, кто именно тут выведен. Но, в целом, понятен смысл — кто-то выступает в роли инструмента, вовсе к этому не стремясь.

Любопытен иероглиф, обозначающий вертел: 丳 — прям так и видно два шампура, пронизывающие два куска мяса.

В буддийских сборниках встречается очень интересный формат, в котором сначала приводится история, а затем идут стихи-комментарии от разных людей.

Вот, например:

禪宗頌古聯珠通集卷第三十一
玄沙見僧來禮拜。乃曰。禮拜著。因我得禮拜汝。頌曰。

Сборник нанизанных жемчужин-стихов воспевающих древность от чаньских патриархов, цзюань 31
Сюань Ша принял монахов, пришедших ему поклониться и сказал: «Кланяющиеся! Это я должен вам поклоняться!»
Стихи говорят.

И дальше идет с десяток стихов от нескольких авторов на тему того, надо ли было наставнику поклоняться тем, кто пришел ему поклониться. Среди них самый забавный вот этот, только его название привожу по поэтическому сборнику:

《頌古八首 其八》釋元聰

因我得禮你
莫放屁撒屎
带累天下人
錯認自家底

Восьмое из восьми воспевающих древность стихотворений (Ши Юань-цун)

Так как должен тебя я уважать
   Не могу ни перднуть, ни посрать
Так со всеми в Поднебесной поступать
   Уж не ошибка ли себя так принижать?

有問有答
屎尿狼藉
無問無答
雷霆霹靂

Пятая гата из двадцати пяти (Ши Жу-цзин)

Есть вопрос - есть ответ
   В ссаках все и в гóвнах
Нет вопросов - нет ответов
   Гром гремит ба-бах, ба-бах!

Наставительные гаты (гимны-четверостишия) собирались в буддийских сборниках. Для того, чтобы правильно понять смысл стихотворения, надо смотреть на контекст — кто это сказал, кому, когда и в качестве примера для чего. Составители же поэтических сборников искали и отбирали в разных источниках только сами стихи, без контекста. В данном случае, перевод выглядит таким же безконтекстным, каким его оригинал видел китайский читатель поэтических сборников.

В любом случае, стоит заметить, что Ши Жу-цзин (1163-1229) был известным чаньским наставником.