Мне кажется, что одним из самых графичных иероглифов является 井 — «колодец».
Его даже могут нарисовать без посторонней помощи снег и крышка люка — между прочим от колодца!
《畫》王維
Четвертым стихотворением в китайских учебниках для первого класса идет вот это описательно-шарадное от талантливейшего Ван Вэя:
遠看山有色
近聽水無聲
春去花還在
人來鳥不驚
Картина (Ван Вэй)
Издали смотришь - все горы в цвету Поближе послушай - нет шума воды Весна уж прошла, а тут остались цветы Люди подходят, но птиц не тревожат они
Про Ван Вэя ничего нового я сообщить не могу, советую только читать переводы его стихотворений на русский — их сделано не мало. Но, как и в случае с другими стихотворениями для первого класса, особый шарм этого произведения в том, что Ван Вэй был не только поэтом, но еще и художником и в свое время основал целую школу монохромной пейзажной живописи.
P.S. Ну и пятым в учебнике идет Ли Бо, с его «Думами в тихую ночь«.
《山村詠懷》邵康節
В китайских учебниках за первый класс третьим идет стихотворение, которое на взгляд иностранца, должно бы идти первым.
一去二三里
煙村四五家
亭台六七座
八九十枝花
В горной деревне пою о том, что на душе (Шао Кан-цзе)
За раз прошли мы два-три ли В деревне дым [идет] из четырех-пяти домов Террас и павильонов [видно] шесть иль семь И восемь-девять или десять штук цветов
Это стихотворение, на первый взгляд, не обладает какими-то выдающимися качествами кроме того, что содержит счет от 1 до 10 и в целом написано достаточно простым языком. Но для взрослого читателя будет интересно узнать, что его автор — Шао Кан-цзе (1011-1077), был видным философом и основоположником нумерологического направления в неоконфуцианстве.
P.S. Вторым в китайском учебнике за первый класс идет «Ищу отшельника, но его не застал» (Цзя Дао)
План №25: Украсть балки и заменить их гнилыми подпорками
Грубые 雅趣
Один читатель прислал фотографию коробки с мацзяном (он же маджонг), на которой просил идентифицировать иероглифы.
Это не составило никакого труда — сразу было видно, что это слегка криво написанные 雅趣, которые буквально означают «утонченное очарование» и часто используются для обозначения чего-то красивого и вызывающего интерес.
Однако, любопытно то, что это продается в Китае, но иероглифы сделаны так, будто их писал не совсем знакомый с иероглификой человек. Сами фишки сделаны просто ужасно, с некрасивыми и кривыми иероглифами. А на фишках 春夏秋冬 и 梅蘭竹菊 и вовсе вместо иероглифов какие-то блямбы. Понятно, что весь набор сделан для иностранцев — на каждой фишке есть арабские цифры или латинские буквы. Но совершенно не ясно, как у китайцев, которые могут дешево делать очень красивые наборы для мацзяна и которые довольно бережно относятся к иероглифике, повернулась рука создать столь странный набор. Единственное, что я могу предположить, это что сие сделано не в Китае, а где-нибудь во Вьетнаме или в Бангладеш, а просто перепродается в Китае для иностранцев под сумасшедшую маржу.
Загадочная крышка
Интересно было бы узнать, что находится в колодце, который закрывает крышка с такими иероглифами:
Я тут вижу два указания: 信息 и 非. Если 信息 буквально значит «информация» и можно предположить, что там находятся коммуникационный кабель, то 非 значит «не, нет». Канализация обозначается иероглифом 污 — «нечистоты». Ливневая канализация иероглифом 雨 — «дождь». А вот что значит 非 в этом контексте?
План №24: Объявить, что только собираешься пройти сквозь государство Го, и захватить его
《詠鵝》駱賓王
Для тех, кто интересуется китайской поэзией, должно быть интересно, какое стихотворение из всего огромного наследия китайские дети учат первым. Узнать это просто — надо всего лишь посмотреть в учебник китайского языка за первый класс.
Первым идет вот это прекрасное стихотворение:
鵝 鵝 鵝
曲項向天歌
白毛浮綠水
紅掌撥清波
Воспевая гуся (Ло Бинь-ван)
Га-га-га Выгнув шею к небу поет Белые перья по зеленой плывут воде Красные лапки взбивают чистые волны
За кажущейся простотой скрывается целый пласт истории, который китайские дети, в силу возраста, конечно же не учат.
Это стихотворение поэта, который жил в 619-684 годах. Подумайте только — как давно это было. Ло был вундеркиндом и написал этот стих в семилетнем возрасте. Он вырос, стал видным чиновником и мастером очень сложных форм стихосложения, потом участвовал в восстании против единственной императрицы в истории Китая — У Цзэ-тянь. Подробнее о нем можно прочитать в Википедии на русском и на китайском. Надо заметить, что в китайском тексте говорится о том, что после восстания судьба его, на самом деле, не известна. Может быть, он был убит, может, бросился сам в воды реки, а может быть и скрывался где-то возле И-у и его могилу в 1514 случайно раскопал один крестьянин, который в изумлении и страхе увидел, что «в гробу одежда и шапка [на останках] были как новые» (棺內人還衣冠如新).
大清統治年製
У моего замечательного друг Михаила Дроздова есть ваза, на донышке которой красуется такая печать.
Иероглифы 大清統治 — «Великая [династия] Цин, [правление под девизом] Тун-чжи» я прочел сразу. А вот последние два иероглифа, казались очень «запутанными», хотя по логике там должны были стоять 年製 — «[в эти] годы произведено».
Быстрая проверка в интернете показала, что так есть — последние иероглифы были именно 年製. Просто нетренированный глаз не может сразу опознать все черты стиля чжуань-шу (篆书). Впрочем, единственное утешение в том, что большинство китайцев также не в состоянии прочесть из написанного в стиле чжуань-шу ничего, кроме самых похожих на современные или самых часто встречающихся в этом стиле иероглифов.
我们都走在回家的路上
Одним из эвфемизмов китайского языка для обозначения смерти является фраза «вернуться домой» (回老家). В принципе, фраза совершенно нормальная и повседневная, а вовсе не специально обозначающая смерть. То есть, это не то, что русская фраза «сыграть в ящик» или «надеть белые тапочки», которые хоть и тоже эвфемизмы, но никогда не используются в своем прямом значении. Скорее, это как слово «уйти» в русском языке, которое тоже может быть использовано для обозначения ухода из жизни.
В любом случае, было интересно увидеть такой плакат под потолком ж/д станции в Фучжоу:
Он гласит:
«В этой жизни мы все идем по дороге домой».
Это рекламная компания провинции Хэнань, помогшая значительно увеличить поток туристов, особенно из семей хэнаньского происхождения, которые стали активнее приезжать, чтобы посетить родные места.
Я вовсе не хочу сказать, что у китайцев этот слоган ассоциируется с игрой смыслов — в стиле «вся жизнь, это дорога к смерти». Скорее, никому и в голову не приходит, что тут могут быть какие-либо эвфемизмы. Наоборот, показательно то, как по иному воспринимают китайцы свой язык и как то, что нам, из-за наших привычек в русском языке, кажется в китайском подходящим для игры словами, для носителей языка таким вовсе не выглядит. В тоже время, есть огромный пласт китайского юмора и игры словами, который мы совершенно не в состоянии воспринять, даже не смотря на высшие образования и годы языковой практики.