двустишия

不用閉門防俗客 愛閒能有幾人來

不用閉門防俗客,愛閒能有幾人來

Автор каллиграфии: Чжао Юнь-хэ (趙雲壑, 1874 — 1955), известный художник и каллиграф.

Перевод этих строк очень прост:

不用閉門防俗客
愛閒能有幾人來

Не надо двери закрывать, чтобы отгородиться от заурядных гостей
Когда ты любишь безделье, то сколько людей может придти?

Вместе эти две строки, с небольшими вариациями, встречаются в десятке стихотворений, а вторая строка в отдельности, так и вовсе в нескольких десятках.

А смысл их довольно глубок: если ты вышел в отставку или отошел от дел, проводишь время беззаботно, то и не надо думать, что народ будет к тебе прямо валить валом. На самом деле, никому ты особенно не нужен. Ну и, в чем-то подразумевается, или выражается надежда, что будут приходить только особенные гости, которые ценят тебя за то, какой ты есть.

иероглифы

Вот один из самых простых в написании иероглифов: 冗.

Казалось бы, и писать его просто, и смысл у него емкий — есть целых два пласта: 1) лишний, 2) хлопоты. И произношение хорошее — rǒng, то есть, иероглифов с таким произношением не прям так уж много.

Тем не менее, в современном китайском языке за все эти годы я его ни разу не встречал.

А жаль! Ведь как бы хорошо смотрелась фраза: 别冗我 — «не доставляй мне хлопот»!

разное

新陈代谢

Любопытно, что прожив 21 год в Китае, я никогда не сталкивался со словом метаболизм, он же обмен веществ.

И только недавно, в одном тексте, я наткнулся на выражение 新陈代谢, которое на первый взгляд выглядело построенным по классическим лекалам, но по контексту было ясно, что речь шла об обмене веществ.

Сама фраза состоит из иероглифов: новое + старое + сменять + отходить. Что и придает ей такой поэтический колорит.

Надо заметить, что кроме значения метаболизм, это выражение также буквально означает — смена старого новым. Ведь обмен веществ, это и есть смена старого и отработанного, новым. Только мы часто об этом забываем, особенно при использовании слова метаболизм.

двустишия

手弄石上月 口吟滄浪辭

手弄石上月,口吟滄浪辭

Автор каллиграфии: Цзинь Нун (金農, 1686-1763) известный художник и один из восьми эксцентриков из Янчжоу.

Перевод, на первый взгляд, прост:

手弄石上月
口吟滄浪辭

Руки играют с луной на камне
Со рта слетают слова о Цанлане

Первая строка пришла в слегка модифицированном виде из стихотворения Ли Бо “Наливая в одиночестве” (獨酌), где она дана в таком виде: 手舞石上月 и в контексте описывает автора, сидящего лунной ночью на камне среди цветов и сосен и играющего на цине.

Вторая отсылает читателя к знаменитейшей поэме Цюй Юаня “Старик-рыбак” (漁夫), где отец-рыбак поет (перевод В. М. Алексеева):

Когда чиста цанланская вода-вода,
В ней я могу мыть кисти моей шапки,
Когда ж грязна цанланская вода-вода,
В ней я могу и ноги свои мыть…

Шрифт (если несколько иероглифов можно назвать шрифтом) интересен своими горизонтальными чертами.

двустишия

戊繁丙虡己亥鼎 中卣兄敦子孫尊

戊繁丙虡己亥鼎,中卣兄敦子孫尊

Автор надписи — Дин Фо-янь (丁佛言, 1878-1930) известный каллиграф своего времени, который особенно увлекался старыми стилями написания иероглифов.

戊繁丙虡己亥鼎
中卣兄敦子孫尊

На самом деле, перевести эту надпись очень сложно — поэтому я могу привести только рабочую версию. В таком переводе, главное не поддаваться желанию смотреть в словари и фантазировать на тему значений иероглифов.

Сначала удалось установить, что 己亥鼎 — это название треножника, на которым были надписи в стиле 金文.
Полагаю, что 戊繁 и 丙虡 — это тоже отсылки к каким-то объектам с надписями в стиле 金文. При этом 虡 действительно объект — боковые подпорки рамы, на которую подвешивались колокола и литофоны. А вот с 繁 не ясно, какой это мог быть объект. Я подозреваю, что на свитке написан на самом деле не иероглиф 繁, а какой-то другой.

卣 — это кувшин для вина. 敦 — это кувшин для еды. 尊 — как видно на списке, слева есть еще радикал, следовательно это тоже относится к сосудам для вина. Может быть, имелся в виду 罇, или 樽. 中, 兄, 子孫 — явно классификаторы этих объектов.

То есть, эта парная надпись это лишь перечисление объектов, скорее всего с письменами в стиле 金文.

В любом случае, каждый иероглиф в ней красив, а уж 鼎 (похож на кота), 中 (какие отличные развивающиеся флаги) и 孙 (где старший ласково положил руку на голову младшего) — особенно!

двустишия

桂櫂莫辭三百曲 梅花小壽一千年

桂櫂莫辭三百曲,梅花小壽一千年

Эта парная надпись сделана Ван Фу-чаном (王福厂, 1879-1960), известным резчиком печатей. Текст весьма непрост для понимания и я не уверен, что смог правильно перевести. Сначала, буквальный перевод.

桂櫂莫辭三百曲
梅花小壽一千年

С веслом из корицы не отказывайся от трех сотен песен
У цветов сливы долголетия хватает на одну тысячу лет

Как я смог понять, «весло из корицы» это отсылка к стихотворению Су Ши «Поэма о прежнем у Алого Утеса» (前赤壁赋), где, в свою очередь, есть отсылки к стихотворениям из Книги Песен (詩經), которая и фигурирует в этом дуйляне под выражением «три сотни песен». Однако, смысл выражения я могу перевести только приблизительно как «если ты цитируешь классиков, то цитируй до конца и в конце концов дойдешь до Книги Песен».

Фраза про цветы сливы встречается во многих декорационных мотивах и часто с другими числительными — то «три тысячи лет», то «десять тысяч лет». С другой стороны, есть упоминания о том, что в некоторых местах Китая выражение «маленькое долголетие» (小壽) означает 60-тилетний юбилей. Но, не уверен, что это относится к этой фразе. Скорее ее надо понимать, как «даже на старой сливе могут зацвести цветы, чего и вам желаю».

Как я понял, эти две фразы между собой не связаны общим источником или общей историей, просто в какой-то момент кто-то (это был не Ван Фу-чан, кроме него это писало еще немало людей) обратил внимание на то, что они хорошо стыкуются в дуйлянь — такая форма образования парных надписей из несвязанных между собой фраз очень часто встречается в Китае.

С точки зрения форм иероглифов, конечно надо запомнить, как пишутся иероглифы 千 и 年, ну и, в качестве праздного любопытства, обратить внимание на то, как выглядит иероглиф 曲.

поэзия

《醉中對紅葉》白居易

臨風杪秋樹
對酒長年人
醉貌如霜葉
雖紅不是春

В хмелю перед красной листвой (Бо Цзюй-и)

По ветру поздней осенью стоят деревья
   С вином сидит со многими годами человек
Он пьян. Лицо, как лист под снегом, 
  Уж красное, но не весенней красотой
поэзия

《嘗新酒憶晦叔二首 其二》白居易

世上強欺弱
人間醉勝醒
自君拋我去
此語更誰聽

Пробуя новое вино, вспоминаю Хуэй Шу. Второе стихотворение из двух (Бо Цзюй-и)

Повсюду сильный издевается над слабым
   Так лучше пьяным быть среди людей
Мой друг, с тех пор как ты меня оставил
   Кто станет слушать звук таких речей
поэзия

《嘗新酒憶晦叔二首 其一》白居易

尊裏看無色
杯中動有光
自君拋我去
此物共誰嘗

Пробуя новое вино, вспоминаю Хуэй Шу. Первое стихотворение из двух (Бо Цзюй-и)

Гляжу я в чарку - вижу цвета нет
  Кубок встряхну - там заиграет светом 
Мой друг, с тех пор как ты меня оставил
  Со мной кто будет пробовать все это?

Судя по названию стихотворения, и в словах про отсутствие цвета и в словах про свет, речь идет о вине, причем молодом. Что именно имеется в виду про выражением «нет цвета», мне не удалось установить.

поэзия, проза

《哭陸先生》張白

Поначалу, я случайно нашел стихотворение «Плач по господину Лу». В ходе выяснения, что именно имел в виду Чжан Бай, оказалось, что судьба самого автора интересна и, судя по всему, в чем-то напоминает описанный в стихотворении исход.

Любопытно, что в биографиях известных даосов, скан из которых мне любезно прислал Илья Мозиас, Чжан Бай тоже есть. Деталей там гораздо больше, но основные данные взяты из того же источника, которым пользовался составитель приводимого ниже отрывка, поэтому в целом совпадают.

《詩話總龜 卷四十六》阮閱

張白,邢州人。少應進士舉不及第,入道,常挑一鐵葫蘆,得錢便飲酒,自稱白雲子。注《天尊升玄護命經》,著《武陵春色》三百首,略一兩篇云:

武陵春色好,十二酒家樓。大醉方回首,逢人不舉頭。
是非都不採,名利混然休。戴個星冠子,浮沉逐世流。

《贈酒店崔氏》一絕云:
武陵城裡崔家酒,地下應無天上有。南遊道士飲一斗,臥向白雲深洞口。

又《哭陸先生》一絕云:
六親慟哭還復甦,我笑先生淚滴無。脫履定歸天上去,空墳留入武陵圖。

忽一日稱患,至夜閉戶,曉不開,問之不應,道眾訝之,抉門見血滿地,問之別無所苦,囑身後勿燒焚,尋時而卒。酒戶崔氏出木櫃而葬於武陵城西。經半年,有鼎州官,忘其名,在揚州勾當公事,遇於酒肆,同杯數日。眾聞之,道俗看驗其墳,有一穴如碗大,深透其棺,敲之已空。

“Всеобщий сборник разговоров о поэзии, цзюань 46” Жуань Юэ

Чжан Бай был родом из Синчжоу. В молодые годы участвовал в экзаменах на степень цзиньши, но не сдал и занялся изучением Дао. Он часто носил на плече железку с тыквами-горлянками и когда добывал денег, тут же их пропивал. Сам себя он называл Бай Юнь-цзы — Белое Облако.
Он оставил комментарий к “Канону Досточтимого Неба об Охранении Жизни и Восхождении к Сокровенному” и написал триста стихотворений под общим названием “У-лин весной”, откуда стоит привести строки из пары стихотворений:

Весной в У-лине очень хорошо
  Двенадцать есть лавок с вином
Напьюсь там вдрызг, тогда пойду назад
  Но головы уже при встрече не поднять

Где правда, где ложь - мне все равно
   Славу и выгоду - все я оставил
Отшельника-даоса шапку нахлобучив
  В течении плыву - тону, затем всплываю

Также у него было четверостишие “В подарок Цую из винной лавки

В У-лине лавка винная у Цуя есть
   Так [хорошо] не может в этом мире быть, а лишь на небе 
Странник-даос бродя по югу там бочонок осушил
    И завалился спать в глубокую пещеру в облаках

И еще было у него четверостишие “Плач по господину Лу

Родня рыдает, оживить его надеясь
  Я рад за господина, нет слезинки ни одной
Сняв обувь, он на небеса вернулся 
  На карте У-лин-ту остался склеп пустой

Однажды, он сказался больным, ночью запер дверь, а утром не стал открывать. На расспросы не отвечал, чему остальные даосы-монахи удивились. Когда выломали дверь, увидели весь пол в крови. На расспросы [Чжан] ответил, что его ничто не беспокоит и только наказал после смерти не сжигать [тело]. Вскоре он и скончался. Владелец винной лавки по фамилии Цуй заказал деревянный гроб и похоронил его к западу от городской стены У-лина. Через полгода один чиновник из Динчжоу, чье имя уже позабыли, был по казенным делам в Янчжоу и встретил [Чжан Бая] в винной лавке, где они вместе выпивали несколько дней. Когда об этом узнали, то и даосы-монахи и миряне пошли проверить его могилу, а там была дыра размером с блюдо. Залезли вглубь до гроба и расколотили его, да он оказался пустым.