восхваляя Старого Лу, который работал на рисотерке (Ши Чжи-юй)
вот мудрость — знать казаться глупым никто его не мог ведь распознать и шелуху толок он месяцами желая избежать одежд и чаши [патриарха]
Примечание: в этом стихотворении речь идет о шестом патриархе чань-буддизма с монашеским именем Хуэй-нэн (惠能, 638 — 713). Он был необразованным человеком и после того, как его приняли в монастырь, очищал на его задворках рис от шелухи — отсюда и отсылка к рисотерке. Впрочем, рассказы о том, после какого стиха пятый патриарх сделал Лу своим наследником, как ему пришлось после этого скрываться и что из всего этого вышло, ищущие легко найдут.
Среди китайских иероглифов есть составленные из двух, трех и даже четырех одинаковых иероглифов. В случае с травой интересно наблюдать количественное изменение смысла.
屮 — травинка (chè)
艸 — трава (cǎo)
芔 — травы (huì)
茻 — заросли трав (mǎng)
А если написать 我屮艸芔茻, то получится непереводимое ругательство в плане “да как же меня все это заедало!”
Проходя сейчас у Кремлевской стены можно увидеть гранитную плиту с двумя китайскими фамилиями: Чжан и Ван и только год смерти — 1917.
В книге Абрамова «У Кремлёвской стены» (7-е изд., доп. — М.: Политиздат, 1988) говорится о том, что первым захоронением у стены была братская могила погибших в конце октября 1917 (по старому стилю), при этом имена подавляющего большинства захороненных на тот момент были неизвестны. Плитами стали облагораживать братские могилы у стены с конца 40-х и тогда же стали предприниматься попытки найти информацию о том, кто там лежал, с целью увековечить их имена на плитах. Сам Абрамов много занимался выяснением имен погибших еще с 60-х годов и, среди прочего, смог найти информацию, что среди погибших были китайцы. Вот как он приводит их имена в своей книге:
Чжан, красногвардеец Тушинского отряда Ван, красногвардеец Тушинского отряда.
Видимо, эти имена ему указали следующие собеседники, потому только эти два человека указаны как красногвардейцы Тушинского отряда во всей книге:
“Ветераны революции А. Кузоваткин и С. Бирюков вспоминали, что 10 ноября 1917 г. прощались на Красной площади с двумя красногвардейцами-иностранцами Тушинского отряда. Чернорабочие на строительстве завода «Проводник» в Тушино, они сражались в отряде, штурмовавшем телефонную станцию в Милютинском переулке и наступавшем на центр со стороны Лубянки.”
Вот так простые китайские чернорабочие Чжан и Ван оказались в списке героев революции, захороненных у Кремлевской стены. Причем, если я не ошибаюсь, эти фамилии выбили на плитах как раз в десятилетие самых худших отношений между СССР и КНР. Это наводит на мысль, что могла иметь место и политическая необходимость показать, что простые китайцы помогали делу революции в СССР и что их имена (точнее, фамилии) не забыты.
Еще с тех пор, как я услышал про шутливое стихотворение Чжао Юань-жэня, где все иероглифы читаются “ши” и который показывал бесперспективность введения алфавитной письменности в Китае, я подумывал о том, чтобы написать нечто подобное, но ориентированное на русскую аудиторию, с ее склонностью к эпатажу учителей. И в конце концом написал. Тут не 92 иероглифа как у Чжао, а только 20, но зато декламирование этого четверостишия гарантирует внимание окружающих.
《三字母經》自居易
鰴餯痐虺拻 蘳薉穢烣毁 暳恛匯圚恚 惠誨會燬回
канон троебуквия (Цзы Цзюй-и)
гниет большая рыба, бьются черви усохли травы, пожирает их огонь потухли звезды, собирая сонм печалей но с добротой поучая можно зажигать их вновь
P.S. Как верно указал один из читателей, в английской википедии про стих Чжао говорится следующее:
The poem could be misinterpreted as objection to the Romanization of Chinese, yet the author Yuen Ren Chao was a major supporter for the Romanization, who used this poem as an example to object the use of Classical Chinese that is hardly used in daily life.
Вопрос: Как выглядел старый иероглиф «чай» и каково его происхождение?
Ответ: Ох, как же я не люблю все вопросы про этимологию иероглифов. Дело в том, что часто надо копать глубоко, и все равно окажется, что есть несколько разных объяснений происхождения иероглифа — но при этом велик шанс дать, по недоглядке или из-за работы не со всеми имеющимися источниками данных, неверную информацию.
Впрочем, в вопросе с чаем, давай сделаем простое упражнение.
Итак, изначально было несколько разных иероглифов для обозначения чая — можно думать о них как о синонимах.
Тот, который используется сейчас чаще всего: 茶.
Замечу, что есть китайские источники, которые гласят, что 茶 это трава 艹, человек 人 и дерево 木 — отсюда можно навыдумывать много “красивых объяснений”. Но это все требует тщательного изучения, потому что надо смотреть сохранившиеся оригинальные тексты, а не уже набранные уникодом интернет-страницы и куцые, пусть и на китайском языке, цитаты из старых сочинений в интернете.
В словарях начала нашей эры иероглифа 茶 нет, но тогда уже был похожий по форме иероглиф 荼 — который обозначал горький овощ. Его и стали использовать потом для обозначения чая, при этом чуть упростив — убрав одну горизонтальную черту.
И вот в 荼 мы видим, что 余 (остаток, излишек) выступает в роли фонетика. То есть, скорее всего для обозначения того овоща взяли похожим образом звучащий иероглиф 余 и добавили, скорее всего позже, траву 艹, просто чтобы обозначить категорию.
В случае с 余 имеются расхождения. Есть версия, что он встречается еще на черепашьих панцирях, где графически обозначает простое строение с одной колонной и несколькими балками. А затем он уже стал использоваться для других понятий, с которыми имел одинаковое звучание — остаток, излишек, я, мой. А есть версия, что на панцирях он состоит из частей 亼 (перевернутый рот либо собираться вместе — по этому поводу у китайских лингвистов идут споры) и редкого иероглифа 𣎳, обозначающего кожицу травы, возможно конопли или другого лекарственного растения. И тогда он должен бы обозначь что-то съедобное, но это, похоже, не отражено в переведенных текстах. В свою очередь 𣎳, судя по всему, состоит из 屮 (трава, и это ее графическое обозначение) и 八 (разделять), который тут показывает отделенную кожицу.
В общем, нет никакой мистики — только обычное развитие языка, которые было весьма нелинейным и часто не оставляло достаточного количества письменных свидетельств, чтобы мы однозначно могли говорить о происхождении того или иного иероглифа.
Примечание: В год гуй-хай мой покойный отец привез их, вернувшись с северных земель.
за десять тысяч ли успешным был послом в разлуке оставался тридцать лет любимая им груша продолжает жить лишь гляну, сразу слез потоки
Пояснения:
Гуй-хай это 1143 год, тогда 55-летний Хун Хао (洪皓), отец Хун Ши, которому было на тот момент 26 лет, освободился из фактически чжурчженьского плена, хотя официально это называлось посольством, и приехал домой. По историческим записям, суммарно он пробыл у чжурчженей 15 лет. Но, дома не был, видимо, еще больше. Тут важно заметить, что с позиций современности не надо придираться к цифре в 30 лет, поставленной Хун Ши скорее всего ради рисунка 平仄. Вполне возможно, что 30 лет Хун Хао не был именно в родном крае, а вот семья его с ним ездила по разным его назначениям.
В третьей строке это аллюзия на грушу, под которой по легенде любил сидеть в свое время Яньский Шао-гун (燕召公, 10 век до н.э.). Он был так любим народом, что грушу потом не спилили, а наоборот всячески охраняли. Тут, фраза 甘棠遗爱, которая буквально значит “осталась любимая груша” и употребляют в смысле “после чиновника осталась добрая память у людей”, возможно используется Хун Ши как обозначение и арбузов в том числе, в смысле «остались любимые тобой арбузы». Безусловно, при этом имея широкий смысл похвалы отцу, которого действительно очень ценили за преданную службу родине. А может быть, тут речь и не конкретно высаженной лозе как таковой, а просто Хун Ши каждый раз, как видел где-либо арбузы, вспоминал возвращение отца.
