поэзия

《戲題》孟浩然

客醉眠未起
主人呼解酲
已言雞黍熟
復說甕頭清

Шутка (Мэн Хао-жань)

Гость пьян и спит, не встал еще
 Хозяин дома кличет хмель разбавить
Сказал: "С курятиной уже поспела каша!"
 Добавил: "У бочонка крышку распечатал!"
поэзия

《白鷺汀》 顧況

靃靡汀草碧
淋森鷺毛白
夜起沙月中
思量捕魚策

Отмель белой цапли (Гу Куан)

Колышутся да веются
 - на отмели травы зелены
 Смочены да густы
 - у цапли перья белы
 Ночью поднялась
 - песка и луны посреди
 Думает вынашивает
 - рыбной ловли замыслы
поэзия

《宮詞》顧況

玉樓天半起笙歌
風送宮嬪笑語和
月殿影開聞夜漏
水精簾卷近秋河

Песнь о дворце (Гу Куан)

В яшмовом тереме до небес половины
 вспорхнула музыка с песней
Ветер принес от дворцовых красавиц
 согласье шутливых речей
Подлунный дворец уж тени отбросил
 ночная капель* слышна
Хрусталь занавесок подниму одиноко*
 лишь с млечным путем близка

Ночная капель — речь идет о водяных часах.
Одиноко — в оригинале слова одиноко нет. Добавлено переводчиком для того, чтобы показать читателю контраст горечи покинутой наложницы, которая смотрит на радости наложниц в фаворе. Именно об этом и написано стихотворение.

поэзия

《题嵩高隐者居》鄭谷

豈易訪仙蹤
雲蘿千萬重
他年來卜隱
此景願相容
亂水林中路
深山雪裡鐘
見君琴酒樂
回首興何慵

О жилье отшельника в горах Суншань (Чжэн Гу)

Разве легко следам бессмертного найтись?
 Тернии как сотни тысяч облаков сплелись
Гадали в прежний год куда уединиться
 С пейзажем этим захотелось вместе слиться
Ручьи повсюду и тропа между лесов
 В горах глубоких колокол среди снегов
Тебя увидишь: лютня, смех, вино
 Назад посмотришь, подниматься для чего?

Этот перевод сделан в подарок моему замечательному другу — Даниилу Пахомову в день его рождения.

поэзия

《獨坐》王績

問君樽酒外
獨坐更何須
有客談名理
無人索地租
三男婚令族
五女嫁賢夫
百年隨分了
未羨陟方壺

Сидеть в одиночестве (Ван Цзи) 

Спрошу Вас,
 кроме чарки вина
Сидя один,
 в чем ином нужда?
Гости прийдут,
 о сути имен спор
Нет никого,
 ренты земельной сбор
Сына три,
 с именитыми поженились родами
Дочек пять,
 за достойными выданы мужами
Сто годов,
 пройдут как положено по судьбе
Не позавидую,
 взошедшим к бессмертной горе.
поэзия

《蟬》李商隱

本以高難飽
徒勞恨費聲
五更疏欲斷
一樹碧無情
薄宦梗猶泛
故園蕪已平
煩君最相警
我亦舉家清

Цикада (Ли Шан-инь)

На высоте живя,
 насытиться не просто,
Трудясь напрасно,
 грустно тратить голос
Пятая стража уж,
 он редок и вот-вот прервется
А зелень дерева всего,
 к тому бесчувственна

Простой служака,
 словно веточка плыву
Мой сад,
 уж вровень сорняком зарос
Прошу вас,
 лучше мне напоминайте,
Чтобы я тоже пестовал,
 в семье лишь чистоту
истории, поэзия

法華鎮 — поселок в Шанхае, что древнее Шанхая

По случайному стечению обстоятельств, в Шанхае я живу в доме, который построен прямо рядом с тем местом, откуда, можно сказать, пошел Шанхай. Хотя стоп! Это будет неверное, с точки зрения объективности, выражение. Правильнее будет сказать так: я живу в том месте, которое на всей территории центра нынешнего Шанхая самым первым стало развиваться, самым первым упоминается в письменных источниках и которое было известно, населенно и оживленно, когда на месте той деревушки, которую потом назовут Шанхай, наверное кроме пары рыбацких хибар ничего и не было.

Я намеренно говорю о центре Шанхая, потому что если вести разговор о вообще всех районах, на которых сейчас раскинулся этот город, то есть среди них места еще древнее.

То место, о котором я веду рассказ, тогда называлось Буддийский монастырь Лотосовой Сутры (法華禪寺), а сейчас это просто адрес в Шанхае: улица поселка Лотосовой Сутры № 525 (法华镇路525号).

В принципе, это все еще центр современного Шанхая. В Москве про эквивалент такого места, можно было бы сказать, что это внутри Садового кольца, но уже близко к нему. Отсюда до того места, где зародилась та деревушка, которую назвали Шанхай, на машине без пробок около 10-15 минут езды. Но просто оказалось так, что разрослась именно деревушка, стоя совсем рядом с рекой, и потом уже, века спустя, поглотила и включила в свой состав монастырь.

Сам монастырь был заложен при северной Сун (北宋) в третий год под девизом Кай-бао (開寶三年), то есть в 970-м, монахом по имени Хуэй Чань (惠禪). Почти сразу вокруг него возникло поселение, которое все росло и росло, и довольно скоро сформировало и свой рынок и свой поселок.

Однако при монгольской династии Юань, в 1291-м году (至元二十八年), когда прошло новое разделение на районы административного подчинения, центр уезда был размещен в Шанхае, который был лучше приспособлен для принятия функций управления, да и имел рядом порт. А поселок Лотосовой Сутры вошел в состав уезда в подчинении Шанхая.

В минскую эпоху, в 1435-м (宣德十年), монастырь был отстроен заново и назван Лес Медитаций (буддийский монастырь) Четырех Сторон Света (四方禪林). А при цинской династии в 1746-м году (乾隆十一年) его территория уже была более 34 тысяч квадратных метров.

Южной, главной своей стороной, монастырь был обращен к речушке под названием Приток Ли, впадающий в канал (李漎涇), через который был переброшен мост под названием Мост Душистых Цветов (香花橋) на месте которого сейчас и стоит мой дом. Интересно, что сама речушка вытекала из речки Сучжоу (蘇州河) и втекала в речку Чжаоцзя (肇家浜), что протекала через то место, которое позже назовут Сюцзяхуэй (徐家匯). От моста шла мощеная дорога, по обеим сторонам которой деревья создавали густую тень. В 1790-м году (乾隆五十五年) на территории монастыря построили Терем Полной Луны (满月阁). За ним был сад с соснами, коричными деревьями, деревьями гингко и прудом с лотосами. Вода протекала через сад и монастырь, повсюду росли травы.

Сам поселок Лотосовой Сутры, кроме своего монастыря, на весь Китай славился еще с сунской эпохи своими пионами (牡丹), некоторые сорта которых, выращенные в саду семьи Ли под названием Сад Притока (李氏漎溪园) считались лучшими в Поднебесной.

Про поселок, монастырь, терема, сады и пионы, в разные эпохи учеными людьми, которые любили тут собираться, было сложено немало стихов. До наших дней, кажется, дошел только цикл из восьми стихов «Воспевая Притоки» (漎溪八咏), сложенный относительно недавно, в конце цинской династии.

Постепенно и по многим причинам, поселок вокруг храма приходил в упадок, да и войны не обошли его стороной. Как во время Тайпинского восстания в 19-м веке, во время гражданской войны 20-х годов 20-го века, так и во время японской оккупации, этот район неоднократно грабили и жгли.

Не знаю когда, но у жителей этого района, наверное небезосновательно, сложилось выражение: сперва был поселок Лотосовой Сутры, а потом появился Шанхай (先有法华镇、后有上海城). Кстати интересно то, что в поселке Лотосовой Сутры еще в 20-м веке был свой акцент, который отличался от того, который был буквально в километре от него.

У Чэнь Цуньженя (陈存仁) в его книге «История жизни в серебряный век» (银元时代生活史), есть пассаж, где он со своим отчимом в районе улицы Юйюань (愚园路) покупает похлебку хуньдунь.

….Мы долго ждали, пока не подошел продавец хуньдуня с коромыслом наперевес, возле его коромысла мы и съели по чашке хундуня. Вся покупка нам стоила всего-то десять медных юаней. У старика, который нам продал хуньдунь был акцент из поселка Лотосовой Сутры и отчим очень вежливо с ним вел беседу…..
……等了好久,有一个卖馄饨的担子走近来,我们就在馄饨担旁各吃了一碗馄饨。交易不过十个铜元,卖馄饨的老头儿是法华镇口音,嗣父很客气地和他交谈……»。

После освобождения, в 1958-м году, во время Большого Скачка Вперед канал перед монастырем засыпали и превратили в улицу. В конце концов, в 1980-м году, ассоциация буддизма отдала те развалины, что там оставались в распоряжение фабрике игрушек. Все снесли и построили на этом месте небольшую фабрику и общежития. А уже в 2009-м здание фабрики переоборудовали под офисы для креативных фирм — теперь это очень современное и дизайнерское здание. А рядом через стену, там где раньше был монастырь, а в 50-е годы 20-го века была партийная школа, сейчас располагается бизнес-школа Antai College of Economics and Management при университете Jiaotong.

Все, что осталось от монастыря, это два древних дерева гингко, которые зеленеют и по сей день и под чью тень я иногда прихожу пить кофе.

Если кому-то хочется почитать стихи, о которых я написал выше, то вот они вместе с почти подстрочным переводом.

《漎溪八咏》邹弢 «Воспеваю восемь ручьев» Цзоу Тао

無梁夜雪

古剎憑空石甃成
長明燈火炯三更
今宵坐對西郊雪
疑是瓊樓玉宇行

Ночной снег над Залом Без Балок.

Древний храм навис над пустотой,
 построен из камня и кирпича
Огонь лампад неугасимых,
 до стражи третьей блестя
В эту ночь оттого что они сошлись,
 со снегом в западном предместье
Кажется будто лунный чертог,
 плывет с небом яшмовым вместе

Примечание: Зал Без Балок (無梁殿) находился в Храме Гуаньинь (觀音寺), который располагался на том месте, где сейчас дом №650 по улице Нового Китая (新華路650號) и был построен в 1614 -м году (明萬曆四十二年) полностью из камня и кирпича, без использования балок.

殿春花墅

繁華佔斷洛陽春
國色天香異等倫
鄉俗當年誇富貴
如何此日不驕人

В конце весны усадьба в цветах

Красоты изобилие полностью заполонило,
 Лоянскую весну
Гордость государства* небесно благоухает,
 сорта один к одному
Родного края промысел в этот год,
 особенно богат и в чести
Как же в этот день,
 не щеголять этим перед людьми

* гордость государства — пион

Примечание: В поселке Лотосовой Сутры было более 60 видов пионов, привезенных из Лояна. В годы 1736 — 1820 годы (清乾嘉年間) особенно ими был славен Сад Притока (李氏漎溪园), где они росли повсюду и стоили больших денег. Для того, чтобы насладится видом цветов, даже издалека приезжали многие ценители и хозяин сада был вынужден устраивать пиры для местных и заезжих аристократов и ученых.

滿月春晴

小閣禪心契淨宗
靈光離合現金容
庭前更繡繁紅紫
詩思花香一樣濃

Весенняя ясность в Полной Луне

Маленький терем, созерцания сердце
 верен чистой земле*
Божественный свет, сходясь воедино
 на Будды блестящем челе
Перед залом еще изящней,
 кущи пурпурно-красны
Поэта настрой и цветов ароматы
 одинаково глубоки

* чистая земля — название рая по одному из буддийских учений, особенно распространенному в Китае. В стихотворении имеется в виду верность именно этому учению.

Примечание: Терем Полной Луны был построен в монастыре Лотосовой Сутры в 1650-м году (清順治七年) из камфорного дерева (楠木), поэтому его еще называли Терем из Душистой Камфоры (香楠樓).

重元曉鐘

萬籟沈沈曙色開
海天旭日擁樓台
下方幻夢春難醒
何事繁聲百八催

Утренний звон в Повторном Начале

Тысячи звуков затихли-притихли,
 ранней занявшись зарей
Небо как море, встающее солнце,
 хлынет в террасы волной
В мире людей от призрачных снов,
 трудно очнуться весной
Дел каких голосов разнобой,
 торопит раз в сто восьмой*

* сто восемь — по буддийскому поверью человеку досаждают сто восемь типов искушений и огорчений.

Примечание: всем ныне известный храм Покоя и Умиротворения (靜安寺), изначально назывался храм Повторного Начала (重元寺).

吳淞帆影

迷離煙水浪花堆
蜃氣蒸空海市開
無數浮梁商賈舶
東西風順剪江來

Отражение парусов на реке Усун

В туманной дымке над водой,
 волна вздымает пену за волной
Среди иллюзий в воздухе парном,
 открылся рынок миражей кругом
Не счесть плавучих тут мостов,
 да лодок от торговцев и купцов
С востока, с запада там ветер задувает,
 и реку бороздить им помогает

Примечание: река Усун (吳淞江) протекала в 3-х километрах от поселка Лотосовой Сутры и по ней можно было легко доплыть до Великого Озера (太湖), а оттуда почти куда хочешь.

叢桂早秋

新涼如洗作中元
叢桂留人滿北園
不比小山招隱士
至今避世當桃源

Ранняя осень в Чаще Коричных Деревьев

Новая прохлада будто умывает,
 чжунюань* настал уже
 Чаща корицы гостей не отпускает,
 наполнив северный сад
 Славу холмов он не стяжает,
 маня отшельных мужей
 Но тот по сей день, кто суеты избегает
 ему как Истоку Персиков** рад

* праздник чжунюань — 15-й день седьмого лунного месяца.
** Исток Персиков — затерянный рай.

Примечание: в Саду Чащи Коричных Деревьев (叢桂園) рос десяток старых коричных деревьев, чем он и прославился.

古岡風荻

斜陽秋老起荒煙
蕭瑟蒼涼斷壟邊
漫說少年頭未白
可堪風景已當年

Тростник на Древнем Пригорке

Косое солнце осенью поздней,
 дым вздымает повсюду
Унылый ветер равнодушно-холодный,
 ломает кургана округу
Не говори, что годы малы,
 голова еще не бела
Этот вид разве вынести можно,
 когда та пора пришла

Примечание: Древний Пригорок это Гора Десяти Тысяч Рабочих, которая располагалась за Храмом Гуаньинь (觀音寺), упомянутым выше. Гора была насыпана десятью тысячами рабочих еще в Сунскую династию и имела круглую форму.

斜陽塔穎
七級浮圖七寶裝
龍華畫景映斜陽
一枝疑是如椽筆
倒寫青天字幾行

Острие пагоды в заходящем солнце

Будды пагода в семь этажей,
 в семь сокровищ обряжена
Словно картина стоит Лунхуа,
 в лучах заходящего солнца
Ветка одна кажется будто,
 кисть великого мастера
Написана ею в небе лазурном,
 иероглифов вереница

Примечание: Пагоду Лунхуа в древности называлась Острие Литературного Мастерства (文筆鋒).

поэзия

《茂陵山行陪韋金部》李端

宿雨朝來歇
空山秋氣清
盤雲雙鶴下
隔水一蟬鳴
古道黃花落
平蕪赤燒生
茂陵雖有病
猶得伴君行

В горах Маолинь путешествую в компании с Вэй, [чиновником] из Казначества (Ли Дуань) 

Рассвет прийдя окончил дождь ночной,
 Осенний воздух чист в горах пустых
Два журавля слетают в облаках паря,
 Одна цикада стрекотит рекой отделена
Желтые цветы опали на дорогу старую,
 Алая дымка разгорелась в степи ровной
Хоть есть напасти в Маолиньском крае,
 Сопровождать тебя в пути смогу еще
поэзия

《春眺 》李百药

疲痾荷拙患
淪躓合幽襟
棲息在何處
丘中鳴素琴

Весной гляжу вдаль (Ли Бай-яо)

Ослаб-устал нести болезнь и неумелость,
 Падения-мучения запали в душу глубоко
В каком же месте отдохну-присяду?
 Цинь безыскусный средь холмов звучит
поэзия

《華子岡》裴迪

落日松風起
還家草露晞
雲光侵履跡
山翠拂人衣

Хуацзыган (Пэй Ди)

Солнце зашло,
 ветер в соснах подул
Обратно домой,
 высохла в травах роса
Отсвет облаков,
 стирает сандалий следы
Зелень холмов,
 треплет одежду мою